Культурное завещание

Алексей Олегович Стрельников – заслуженный артист Российской Федерации, скрипач, педагог, солист оркестра «Виртуозы Москвы», преподаватель Московской государственной консерватории имени П. И. Чайковского. «Евразия сегодня» публикует статью, в которой автор, опираясь на многолетний исполнительский опыт, обращается к забытому наследию Фердинанда Риса – композитора, чьё имя долгое время оставалось в тени, а сочинения ждали возвращения на концертную эстраду. В центре внимания – Вариации на три русские темы op. 72, их история, музыкальный язык и культурный контекст начала XIX века.

---

О Фердинанде Рисе

Композитор Фердинанд Рис (1784–1838) долгое время оставался в нашей стране практически неизвестным. Все юные советские скрипачи в детстве играли его «Вечное движение» – и на этом знакомство с его творчеством, как правило, заканчивалось. После смерти мастера о нём забыли столь стремительно, что ни один ведущий музыкальный журнал не опубликовал некролога. Однако при жизни Рис пользовался огромной известностью и уважением как композитор, дирижёр и пианист.

Его наследие обширно: семь симфоний, девять фортепианных концертов, скрипичный концерт, двойной концерт для валторн, пять увертюр, две оратории, огромное количество фортепианных пьес, девять сонат для скрипки и фортепиано, а также другая камерная музыка. Первая опера «Невеста разбойника» (Die Räuberbraut), op. 156, шла не только на немецких сценах, но и в Амстердаме, Париже, Лондоне, и стала настоящим хитом. У двух других опер, «Лиска, или Ведьма из Гилленстина» («Колдунья») и «Ночь на Ливане», была не менее счастливая сценическая судьба.

Рис впитал многие стилистические принципы своего учителя: стремление к драматизму, разработке тем, масштабным формам. Но в отличие от Бетховена он не тяготел к героическому пафосу. Его склонность к лирике, элегантности и виртуозности стала важным шагом навстречу композиторам-романтикам – Шуберту, Шуману и другим.


Младшие братья, Хуберт и Йозеф, также стали выдающимися музыкантами, а дед, Иоганн Рис (1723–1784), служил придворным трубачом. В юности Фердинанд брал уроки виолончели у Бернхарда Ромберга – впоследствии они вместе объездили с концертами всю Европу, в том числе в 1810–1812 годах побывали в России.

С семнадцати лет в Мюнхене Рис занимался композицией у Петера фон Винтера, а затем перебрался в Вену. Музыкальный мир тесен: когда-то Людвиг ван Бетховен в начале своей карьеры брал уроки у отца Фердинанда в Бонне, теперь же Фердинанд вместе с Карлом Черни совершенствовался у Бетховена в фортепианной игре. В июле 1804 года Рис дебютировал как пианист, исполнив Третий концерт Бетховена с собственной каденцией, и удостоился восторженных отзывов. Вскоре он стал ещё и секретарём Бетховена: вёл переписку с издателями, копировал ноты, выполнял поручения. Известны сделанные Рисом переложения симфонической музыки учителя для камерного состава – например Третьей симфонии. На концертной эстраде часто звучит и переложение «Крейцеровой сонаты» для струнного квинтета; получившееся сочинение совершенно самостоятельно и не уступает оригиналу в художественном достоинстве. И хотя прямых документальных свидетельств нет, многое указывает на то, что автором этой обработки также был Фердинанд Рис.


О культурных связях России и Европы в начале XIX века

Австрийская монархия конца XVIII столетия была многонациональным государством. На улицах Вены звучала речь и музыка разных народов, и профессиональные композиторы не могли пройти мимо этого богатого пласта культуры. Бетховен обработал более сотни песен различных народов; в сборнике «23 песни разных народов» (WoO 158a) три из них – русские. Для австрийской музыки славянские песенные мотивы были естественны и органичны.

На рубеже XVIII–XIX веков Россия в союзе с Австрией и другими государствами участвовала в военных действиях против революционной, а затем и императорской Франции. Русские войска под командованием полководца Александра Суворова успешно действовали в Италии, затем совершили знаменитый Швейцарский поход. После неудач антифранцузской коалиции в 1805–1807 годах Россия одержала победу над Наполеоном в Отечественной войне 1812 года. В сентябре 1814 года в Вене в честь «покорителя Европы» императора Александра I – главы Священного союза – были устроены «русские» празднества. Русский стиль начал проникать в самые разные сферы европейской жизни. Так, в женской моде появились вышивка «а ля рюс», «русские» силуэты платьев и костюмов, головные уборы, стилизованные под кокошники и так далее.

Полномочным послом Российской империи в Вене в 1792 году был назначен граф, впоследствии светлейший князь Андрей Кириллович Разумовский. В австрийской столице он провёл целых сорок четыре года. Разумовский глубоко понимал и любил искусство, собирал картины, играл на скрипке, покровительствовал многим известным артистам. С ним были знакомы Гайдн и Моцарт. В 1808–1815 годах на его средства содержался смычковый квартет, который возглавлял дирижёр и композитор Игнац Шуппанциг (1776–1830) – именно он исполнял партию первой скрипки на премьерах многих струнных квартетов Бетховена. При содействии Разумовского в России впервые прозвучали выдающиеся сочинения венских классиков. Сам Бетховен общался с ним достаточно близко; по заказу русского дипломата он написал три струнных квартета на русские темы (опус 59). В них композитор использовал подлинные мелодии из сборника Ивана Прача и Николая Львова «Собранiе народныхъ рускихъ песенъ съ ихъ голосами», изданного в России в 1790 году и хорошо известного в Европе. В финале Квартета F-dur ор. 59 №7 звучит песня «Ах, талан, мой талан», а в третьей части Квартета e-moll ор. 59 №8 – святочная «Уж, как слава тебе Боже на небе, слава!» (во втором издании сборника она дана в более привычном нам варианте: «Слава на небе солнцу высокому»). Эта мелодия пользовалась такой популярностью, что впоследствии её использовали многие русские и зарубежные композиторы. Обратился к ней и Фердинанд Рис, сделав её финалом своих вариаций.


Об истории создания вариаций

Жанр вариаций был чрезвычайно популярен в конце XVIII и на протяжении почти всего XIX столетия. Композитору бывает интересно показать известные темы с разных сторон, переосмыслить их; концертирующие музыканты тоже охотно писали вариации, чтобы порадовать публику узнаванием мелодий и блеском техники. Моцарт и Бетховен оставили множество вариаций на различные темы; в этом жанре работали и концертирующие виртуозы – Паганини, Вьетан, Венявский. Не обошёл его и Фердинанд Рис. В разное время он создал Большие вариации на тему «Правь, Британия», на тему шотландской песни The Old Highland Laddie, на тему французской песни La sentinelle, а также на тему казачьего танца.

Вариации на три русские темы ор. 72 Рис написал в 1812 году для своего учителя и коллеги, виолончелиста Бернхарда Ромберга, вместе с которым тогда концертировал в Санкт-Петербурге и других городах западной России. Ноты для виолончели и клавира с приложенной партией скрипки были впервые изданы в Лондоне ещё при жизни автора. Партия скрипки практически идентична виолончельной, естественно, с поправкой на регистр; разница лишь в аккомпанирующем материале: у виолончели – басовые ноты в аккордах, у скрипки – иные аккордовые ноты. В целом партия струнного инструмента по сравнению с фортепианной более скромна, что вполне в духе камерных сочинений венской классики.


Далее появляется первая тема. В клавире она обозначена как Russian Song. Это протяжная мелодия из сборника Львова – Прача (издание 1806 года). Мелодия воспроизведена полностью, гармония сохранена такой, какой её дал Прач. Уже во втором проведении Рис проводит тему каноном. За ним следуют несколько вариаций по классическому образцу – в миноре и в одноимённом мажоре. Основные технические сложности сосредоточены в партии пианиста; скрипачу же достаются либо проведение кантиленной темы, либо сугубо аккомпанирующие функции.

Внезапно, встык, появляется вторая тема – популярная плясовая песня из того же сборника Львова – Прача «При долинушке калинушка стоит». В этом разделе композиторское мастерство Риса раскрывается с самой лучшей стороны: тема разрабатывается, проходит в разных тональностях, полифонически переплетается с заключительной святочной песней. Изложение материала для скрипача становится более разнообразным и требует внимательной работы над аппликатурой и сменами струн в технически неудобных эпизодах. В заключительном разделе, в блестящем, бетховенском по духу изложении, явственно слышна русская «колокольность» – и в партии рояля, и в партии струнного инструмента.


Заключение

После смерти Риса его музыка долгое время оставалась в тени. Во второй половине XIX века интерес к ней снизился – музыкальная жизнь сосредоточилась вокруг Шумана, Листа, Вагнера. Однако сегодня Фердинанд Рис воспринимается как важный свидетель своего времени: музыкант, связавший традицию Бетховена с новым романтическим стилем и оставивший богатое наследие, достойное возвращения на концертные подмостки. Его симфонии, концерты и камерные сочинения свидетельствуют о высоком мастерстве, а воспоминания о Бетховене – о его месте в музыкальной истории.

Одним из замечательных сочинений Риса являются «Вариации на три русские темы». В 2013 году я выучил и записал их на компакт-диск вместе с пианистом Михаилом Никешичевым (благодаря Марии Соболевой, осуществившей эту запись), а в 2014 году мы исполнили вариации в Большом зале Московской консерватории с Виктором Лядовым. В последнее время появилось немало новых зарубежных записей этого опуса. Надеюсь, что в нашей стране его ждёт интересная и богатая сценическая судьба.

---

Иллюстрация: «Евразия сегодня», Wikipedia