Большая Евразия
Право на прошлое
16.09.2026 09:00:00
Спустя пятьдесят лет после смерти Мао одним из важнейших аспектов его наследия остаётся способность решать масштабные исторические задачи в меняющихся условиях: сохранять понимание того, как был завоёван суверенитет, поддерживать работу институтов, способных организовать людей и ресурсы, а также противостоять новым противоречиям, возникающим в процессе социалистического строительства, пишет в своей статье эксперт Международного дискуссионного клуба «Валдай», сокоординатор по азиатским исследованиям и директор Департамента культуры Трёхконтинентального института социальных исследований (КНР) Тингс Чак.
В конце мая 1938 года в Яньани Мао Цзэдун начал цикл лекций, которые впоследствии легли в основу труда «О затяжной войне». Пекин, Тяньцзинь, Шанхай и Нанкин уже пали жертвами японского империализма. Китай – страна полуфеодальная и полуколониальная – значительно уступал противнику по уровню вооружения, развитию промышленности и организации армии. По мере того как сопротивление становилось одним из главных фронтов мировой антифашистской войны, формировались две точки зрения. Пораженческая теория о неизбежном «подчинении нации» рассматривала превосходство Японии как нечто незыблемое, тогда как триумфалистская теория «быстрой победы» подменяла реальные условия достижения успеха одним лишь желанием победить.
Мао отверг оба подхода. Между капитуляцией и иллюзиями лежал путь затяжной войны: сохранение сил, мобилизация народа, создание опорных баз и изменение условий, от которых зависел исход конфликта. Он выделил три этапа – стратегическая оборона, стратегическое равновесие и стратегическое контрнаступление, – однако для перехода от одной стадии к другой было недостаточно одного лишь времени. Победа зависела от того, что китайский народ сумеет создать за этот долгий период.
Война была выиграна семь лет спустя ценой жизней 24 миллионов китайцев. Победа открыла путь к провозглашению ещё через четыре года Китайской Народной Республики (КНР) – государства, возникшего после столетия унижений и десятилетий разрушительной войны. Однако метод, выработанный в ходе сопротивления, пережил саму войну. Спустя пятьдесят лет после смерти Мао одним из важнейших аспектов его наследия остаётся способность решать масштабные исторические задачи в меняющихся условиях: сохранять понимание того, как был завоёван суверенитет, поддерживать работу институтов, способных организовать людей и ресурсы, а также противостоять новым противоречиям, возникающим в процессе социалистического строительства.
Сохранённая революция
После смерти Мао Цзэдуна 9 сентября 1976 года Коммунистическая партия Китая (КПК) столкнулась с вопросом, значение которого выходило далёко за рамки оценки деятельности лидера. Партии предстояло проанализировать ошибки «культурной революции» и одновременно сохранить саму революцию, которая положила конец господству империализма, объединила страну и заложила основы Нового Китая.
В принятой партией в 1981 году резолюции по историческим вопросам был сделан вывод о том, что «заслуги Мао – главные, а ошибки – второстепенные» и что его вклад в китайскую революцию многократно перевешивает допущенные им просчёты. Привычная формула «70 на 30» превратилась в популярный афоризм, хотя и не является буквальной формулировкой самой резолюции. Китай мог скорректировать свой курс, не отказываясь при этом от революционных основ. Политика реформ и открытости преобразовала производительные силы и материальную жизнь людей в огромных масштабах, оставаясь в рамках системы, сложившейся после 1949 года. В 2013 году председатель Си Цзиньпин кратко сформулировал принцип этой преемственности: исторические периоды до и после начала реформ и открытости не отрицают друг друга.
Сегодня это дело предстоит развивать в условиях, которых Мао уже не застал: в обстановке масштабной социалистической рыночной экономики, урбанизированного и технологически развитого общества, глубокой интеграции в мировую экономику, а также на фоне новых противоречий, увязывающих развитие, социальный баланс и экологическую устойчивость.
История как живое достояние
Для молодых китайцев победа 1945 года и образование КНР – это далёкое прошлое. Большинство из них знают лишь суверенный Китай; многие выросли в период его превращения в крупнейшую производственную державу мира и мирового лидера в области научно-технических инноваций. Новым поколениям необходимо усвоить, что унаследованные ими единство, суверенитет и потенциал развития были завоёваны благодаря организованному сопротивлению, планированию и социалистическому строительству, а не были даны как нечто само собой разумеющееся.
По всей стране ведётся активная работа по сохранению революционной истории. Более 1600 музеев и мемориальных комплексов бережно хранят память о местах исторических собраний и сражений, рабочих клубах, деревенских домах, кладбищах героев революции и маршрутах движения Красной армии. В совокупности эти объекты «красной истории» только за период с 2018 по 2023 год посетили 2,8 миллиарда человек. Программа «Четыре истории» интегрировала изучение истории Коммунистической партии, Нового Китая, политики реформ и открытости, а также социалистического строительства в систему политического просвещения общества. В 2025 году 80-летие победы в Войне китайского народа против японских захватчиков и во Второй мировой войне против фашизма сделало эту передачу исторической памяти центральным элементом общественной жизни.
История продолжает жить и в массовой культуре. Телесериалы, подобные «Эпохе пробуждения» (2021), повествующей о поколении основателей Коммунистической партии, стали значимым культурным событием для зрителей, родившихся после середины 1990-х годов. С 2019 года «Избранные произведения Мао» вышли на первое место по популярности среди книг, выдаваемых в библиотеке Университета Цинхуа; аналогичная тенденция наблюдалась и в ряде других ведущих вузов. Через кино, мемориальные комплексы и печатные труды молодёжь открывает для себя Мао не только как творца истории, но и как мыслителя, чьи методы остаются частью процесса социалистического строительства в Китае.
Новые этапы социалистического строительства
Историческая память обретает действенную силу, когда она переходит в плоскость политической практики. Часто цитируемое высказывание Мао 1930 года «Нет исследования – нет права говорить» было направлено против тех, кто пытался управлять реальной жизнью, опираясь на заученные формулы. Партийные кадры должны были погружаться в общественную жизнь, изучать реальные условия и сообразовывать политический курс с практикой. В 2023 году в общепартийном плане работы вновь была актуализирована эта мысль Мао, дополненная положением о том, что без исследования нет и «права принимать решения». От партийных работников потребовали посещать низовые организации без предварительного уведомления, заранее подготовленных докладов или постановочных приёмов, следуя принципу «четырёх “без” и двух “напрямую”».
Для Коммунистической партии, находящейся у власти более семи десятилетий, «массовая линия» служит также инструментом самообновления. В числе вызовов, стоящих перед партией, неизменно упоминается опасность отрыва от масс; об этом, в частности, говорилось на XVIII съезде КПК в 2012 году, когда Си Цзиньпин вступил в должность генерального секретаря. «Массовая линия» позволяет противостоять этой угрозе, выстраивая политическое руководство по принципу «от масс – к массам»: сбор разрозненного опыта, его обобщение в ходе анализа, преобразование в политический курс и последующая проверка на практике.
Пожалуй, ни одна из недавних инициатив не демонстрирует этот метод столь наглядно, как кампания по искоренению крайней бедности. По всему Китаю в деревни были направлены 255 тысяч постоянных рабочих групп, а также более трёх миллионов первых секретарей и других партийных работников. К концу 2020 года 98,99 миллиона сельских жителей преодолели порог крайней бедности, согласно национальным критериям. Впоследствии системы первых секретарей и сельских рабочих групп были задействованы в программе возрождения села, превратив экстренную мобилизацию сил в устойчивый институт управления сельскими территориями. Эта кампания опиралась на потенциал, накопленный в ходе социалистического строительства: партийные организации, действующие в сельской местности, систему государственных финансов и банков, механизмы планирования, коллективные структуры, современную инфраструктуру, а также способность концентрировать общенациональные ресурсы для достижения социально значимых целей.
По мере изменения условий меняются и задачи социалистического строительства. В 2017 году Коммунистическая партия переформулировала основное социальное противоречие Китая (концепция, унаследованная от теоретического наследия Мао Цзэдуна), определив его как противоречие между растущей потребностью народа в лучшей жизни и несбалансированным, недостаточно качественным развитием. Вектор задач сместился от преодоления абсолютной нехватки ресурсов (путём развития производительных сил) к устранению диспропорций: между регионами, городом и деревней и между материальным развитием и состоянием экологии.
Проект социалистической модернизации был заложен ещё в эпоху Мао Цзэдуна. В 1979 году Дэн Сяопин ввёл понятие «модернизации с китайской спецификой», а при Си Цзиньпине оно было преобразовано в целостную теоретическую концепцию, нашедшую особое отражение в решениях XX съезда КПК 2022 года. К числу её ключевых характеристик относятся гармония между человеком и природой, всеобщее процветание, а также согласованное развитие в материальной и культурно-нравственной сферах.
Продолжение долгосрочной задачи
Спустя четыре поколения после победы во Всемирной антифашистской войне китайская молодёжь унаследовала страну, сильно отличающуюся от той, о которой Мао говорил в Яньани. Тем не менее основной вопрос сохраняется: как люди могут понимать меняющийся баланс сил и действовать в его рамках? В мае 2026 года Китайская академия современных международных отношений опубликовала статью, в которой утверждалось, что отношения Китая и США вступают в «новую стадию стратегического тупика». Эта статья, появившаяся перед саммитом Си Цзиньпина и Трампа в Пекине, опирается на теорию затяжной войны Мао и описывает переходный период, в ходе которого старый порядок распадается, а новый ещё не сложился. В ней предупреждается о превращении международных отношений в «джунгли», поскольку гегемон всё чаще обращается к принуждению, когда больше не может полагаться на экономическое доминирование.
На фоне этих «невиданных за столетие изменений» политические суждения могут колебаться между пораженчеством и триумфализмом, против которых выступал Мао, – между верой в то, что американский империализм непоколебим, и ожиданием того, что он рухнет завтра. Мао предлагает метод, позволяющий пережить долгий переходный период, не поддаваясь ни тому, ни другому. От молодого поколения Китая это требует исторического сознания, соответствующего современным условиям: понимания того, как слабая и разделённая страна организовала себя, восстановила свой суверенитет и построила основы социализма, и того, как способности, сформированные этой историей, могут быть направлены на противоречия другого времени. Хотя глобальные условия изменились, долгосрочная задача остаётся.
Иллюстрация: «Евразия сегодня», Leonardo.ai
В конце мая 1938 года в Яньани Мао Цзэдун начал цикл лекций, которые впоследствии легли в основу труда «О затяжной войне». Пекин, Тяньцзинь, Шанхай и Нанкин уже пали жертвами японского империализма. Китай – страна полуфеодальная и полуколониальная – значительно уступал противнику по уровню вооружения, развитию промышленности и организации армии. По мере того как сопротивление становилось одним из главных фронтов мировой антифашистской войны, формировались две точки зрения. Пораженческая теория о неизбежном «подчинении нации» рассматривала превосходство Японии как нечто незыблемое, тогда как триумфалистская теория «быстрой победы» подменяла реальные условия достижения успеха одним лишь желанием победить.
Мао отверг оба подхода. Между капитуляцией и иллюзиями лежал путь затяжной войны: сохранение сил, мобилизация народа, создание опорных баз и изменение условий, от которых зависел исход конфликта. Он выделил три этапа – стратегическая оборона, стратегическое равновесие и стратегическое контрнаступление, – однако для перехода от одной стадии к другой было недостаточно одного лишь времени. Победа зависела от того, что китайский народ сумеет создать за этот долгий период.
Война была выиграна семь лет спустя ценой жизней 24 миллионов китайцев. Победа открыла путь к провозглашению ещё через четыре года Китайской Народной Республики (КНР) – государства, возникшего после столетия унижений и десятилетий разрушительной войны. Однако метод, выработанный в ходе сопротивления, пережил саму войну. Спустя пятьдесят лет после смерти Мао одним из важнейших аспектов его наследия остаётся способность решать масштабные исторические задачи в меняющихся условиях: сохранять понимание того, как был завоёван суверенитет, поддерживать работу институтов, способных организовать людей и ресурсы, а также противостоять новым противоречиям, возникающим в процессе социалистического строительства.
Сохранённая революция
После смерти Мао Цзэдуна 9 сентября 1976 года Коммунистическая партия Китая (КПК) столкнулась с вопросом, значение которого выходило далёко за рамки оценки деятельности лидера. Партии предстояло проанализировать ошибки «культурной революции» и одновременно сохранить саму революцию, которая положила конец господству империализма, объединила страну и заложила основы Нового Китая.
В принятой партией в 1981 году резолюции по историческим вопросам был сделан вывод о том, что «заслуги Мао – главные, а ошибки – второстепенные» и что его вклад в китайскую революцию многократно перевешивает допущенные им просчёты. Привычная формула «70 на 30» превратилась в популярный афоризм, хотя и не является буквальной формулировкой самой резолюции. Китай мог скорректировать свой курс, не отказываясь при этом от революционных основ. Политика реформ и открытости преобразовала производительные силы и материальную жизнь людей в огромных масштабах, оставаясь в рамках системы, сложившейся после 1949 года. В 2013 году председатель Си Цзиньпин кратко сформулировал принцип этой преемственности: исторические периоды до и после начала реформ и открытости не отрицают друг друга.
Спустя десятилетие, отмечая 130-летие со дня рождения Мао, он заявил, что «лучший способ почтить память товарища Мао Цзэдуна – это продолжать дело, у истоков которого он стоял».
Сегодня это дело предстоит развивать в условиях, которых Мао уже не застал: в обстановке масштабной социалистической рыночной экономики, урбанизированного и технологически развитого общества, глубокой интеграции в мировую экономику, а также на фоне новых противоречий, увязывающих развитие, социальный баланс и экологическую устойчивость.
История как живое достояние
Для молодых китайцев победа 1945 года и образование КНР – это далёкое прошлое. Большинство из них знают лишь суверенный Китай; многие выросли в период его превращения в крупнейшую производственную державу мира и мирового лидера в области научно-технических инноваций. Новым поколениям необходимо усвоить, что унаследованные ими единство, суверенитет и потенциал развития были завоёваны благодаря организованному сопротивлению, планированию и социалистическому строительству, а не были даны как нечто само собой разумеющееся.
По всей стране ведётся активная работа по сохранению революционной истории. Более 1600 музеев и мемориальных комплексов бережно хранят память о местах исторических собраний и сражений, рабочих клубах, деревенских домах, кладбищах героев революции и маршрутах движения Красной армии. В совокупности эти объекты «красной истории» только за период с 2018 по 2023 год посетили 2,8 миллиарда человек. Программа «Четыре истории» интегрировала изучение истории Коммунистической партии, Нового Китая, политики реформ и открытости, а также социалистического строительства в систему политического просвещения общества. В 2025 году 80-летие победы в Войне китайского народа против японских захватчиков и во Второй мировой войне против фашизма сделало эту передачу исторической памяти центральным элементом общественной жизни.
История продолжает жить и в массовой культуре. Телесериалы, подобные «Эпохе пробуждения» (2021), повествующей о поколении основателей Коммунистической партии, стали значимым культурным событием для зрителей, родившихся после середины 1990-х годов. С 2019 года «Избранные произведения Мао» вышли на первое место по популярности среди книг, выдаваемых в библиотеке Университета Цинхуа; аналогичная тенденция наблюдалась и в ряде других ведущих вузов. Через кино, мемориальные комплексы и печатные труды молодёжь открывает для себя Мао не только как творца истории, но и как мыслителя, чьи методы остаются частью процесса социалистического строительства в Китае.
Новые этапы социалистического строительства
Историческая память обретает действенную силу, когда она переходит в плоскость политической практики. Часто цитируемое высказывание Мао 1930 года «Нет исследования – нет права говорить» было направлено против тех, кто пытался управлять реальной жизнью, опираясь на заученные формулы. Партийные кадры должны были погружаться в общественную жизнь, изучать реальные условия и сообразовывать политический курс с практикой. В 2023 году в общепартийном плане работы вновь была актуализирована эта мысль Мао, дополненная положением о том, что без исследования нет и «права принимать решения». От партийных работников потребовали посещать низовые организации без предварительного уведомления, заранее подготовленных докладов или постановочных приёмов, следуя принципу «четырёх “без” и двух “напрямую”».
Для Коммунистической партии, находящейся у власти более семи десятилетий, «массовая линия» служит также инструментом самообновления. В числе вызовов, стоящих перед партией, неизменно упоминается опасность отрыва от масс; об этом, в частности, говорилось на XVIII съезде КПК в 2012 году, когда Си Цзиньпин вступил в должность генерального секретаря. «Массовая линия» позволяет противостоять этой угрозе, выстраивая политическое руководство по принципу «от масс – к массам»: сбор разрозненного опыта, его обобщение в ходе анализа, преобразование в политический курс и последующая проверка на практике.
Пожалуй, ни одна из недавних инициатив не демонстрирует этот метод столь наглядно, как кампания по искоренению крайней бедности. По всему Китаю в деревни были направлены 255 тысяч постоянных рабочих групп, а также более трёх миллионов первых секретарей и других партийных работников. К концу 2020 года 98,99 миллиона сельских жителей преодолели порог крайней бедности, согласно национальным критериям. Впоследствии системы первых секретарей и сельских рабочих групп были задействованы в программе возрождения села, превратив экстренную мобилизацию сил в устойчивый институт управления сельскими территориями. Эта кампания опиралась на потенциал, накопленный в ходе социалистического строительства: партийные организации, действующие в сельской местности, систему государственных финансов и банков, механизмы планирования, коллективные структуры, современную инфраструктуру, а также способность концентрировать общенациональные ресурсы для достижения социально значимых целей.
Применяемые методы существенно отличались от тех, что использовались в период Яньаня (1935–1948 годы), однако политическая установка оставалась неизменной: чтобы преобразовывать реальное положение дел в народных массах, необходимо его знать.
По мере изменения условий меняются и задачи социалистического строительства. В 2017 году Коммунистическая партия переформулировала основное социальное противоречие Китая (концепция, унаследованная от теоретического наследия Мао Цзэдуна), определив его как противоречие между растущей потребностью народа в лучшей жизни и несбалансированным, недостаточно качественным развитием. Вектор задач сместился от преодоления абсолютной нехватки ресурсов (путём развития производительных сил) к устранению диспропорций: между регионами, городом и деревней и между материальным развитием и состоянием экологии.
Проект социалистической модернизации был заложен ещё в эпоху Мао Цзэдуна. В 1979 году Дэн Сяопин ввёл понятие «модернизации с китайской спецификой», а при Си Цзиньпине оно было преобразовано в целостную теоретическую концепцию, нашедшую особое отражение в решениях XX съезда КПК 2022 года. К числу её ключевых характеристик относятся гармония между человеком и природой, всеобщее процветание, а также согласованное развитие в материальной и культурно-нравственной сферах.
Продолжение долгосрочной задачи
Спустя четыре поколения после победы во Всемирной антифашистской войне китайская молодёжь унаследовала страну, сильно отличающуюся от той, о которой Мао говорил в Яньани. Тем не менее основной вопрос сохраняется: как люди могут понимать меняющийся баланс сил и действовать в его рамках? В мае 2026 года Китайская академия современных международных отношений опубликовала статью, в которой утверждалось, что отношения Китая и США вступают в «новую стадию стратегического тупика». Эта статья, появившаяся перед саммитом Си Цзиньпина и Трампа в Пекине, опирается на теорию затяжной войны Мао и описывает переходный период, в ходе которого старый порядок распадается, а новый ещё не сложился. В ней предупреждается о превращении международных отношений в «джунгли», поскольку гегемон всё чаще обращается к принуждению, когда больше не может полагаться на экономическое доминирование.
На фоне этих «невиданных за столетие изменений» политические суждения могут колебаться между пораженчеством и триумфализмом, против которых выступал Мао, – между верой в то, что американский империализм непоколебим, и ожиданием того, что он рухнет завтра. Мао предлагает метод, позволяющий пережить долгий переходный период, не поддаваясь ни тому, ни другому. От молодого поколения Китая это требует исторического сознания, соответствующего современным условиям: понимания того, как слабая и разделённая страна организовала себя, восстановила свой суверенитет и построила основы социализма, и того, как способности, сформированные этой историей, могут быть направлены на противоречия другого времени. Хотя глобальные условия изменились, долгосрочная задача остаётся.
Иллюстрация: «Евразия сегодня», Leonardo.ai
Другие Актуальное
Архитектор сингапурского чуда
Ли Куан Ю: «У нас есть только люди»
16.09.2026 11:56:16
Философия долгого пути
Джошуа Чанг: «Терпеливый подход к капиталу»
15.09.2026 15:56:44
Инфраструктура доверия
Асель Марченко: «Мы предоставляем общие "рельсы"»
15.09.2026 13:35:12