Большая Евразия
Архитектор сингапурского чуда
16.09.2026 13:00:00
Сегодня, 16 сентября, родился человек, который превратил тропическую деревушку без пресной воды в один из богатейших городов планеты. Ли Куан Ю – первый премьер-министр Сингапура, архитектор «сингапурского экономического чуда» – появился на свет в 1923 году, когда его родина была британской колонией, где процветали разве что малярия и торговля опиумом. Через полвека на этом месте стоял ультрасовременный мегаполис с одним из лучших аэропортов мира, нулевой коррупцией и ВВП на душу населения выше, чем в Великобритании.
Сингапур не начинал с нуля – он начинал с минуса. Торговое поселение в Малаккском проливе существовало ещё в XII веке, но в XVII веке было разрушено португальцами. Когда в 1819 году британец Стэмфорд Раффлз основал здесь опорный пункт Ост-Индской компании, на острове оставалось лишь несколько рыбацких семей. Колония быстро росла: после открытия Суэцкого канала торговый оборот взлетел, сюда хлынули эмигранты из Китая, Индии, Малайи. Но о благополучии рядовых жителей речи не шло – проценты от торговли опиумом были доходной статьёй колониальных властей, а население косила наркомания.
В 1942 году Япония провела одну из самых успешных операций против союзников: британская база сдалась после недели боёв. Уинстон Черчилль назвал это «наихудшей катастрофой и крупнейшей капитуляцией в британской истории». Для сингапурцев, считавших свой остров неприступной крепостью, это было крушение веры в западного покровителя. Три года японской оккупации закрепили в обществе ощущение: спасение придёт только от самих себя.
Гарри Ли из Кембриджа
Ли Куан Ю родился в семье этнических китайцев среднего класса. Отец принадлежал к народности хакка, известной предприимчивостью – их иногда называют «китайскими евреями». Родители увлекались британской культурой и назвали сына на английский манер – Гарри Ли. Английский был его фактически родным языком, китайский он освоил позже, уже для политической карьеры.
Гарри Ли окончил сингапурский Раффлз-колледж, затем учился в Лондонской школе экономики и Фицуильям-колледже в Кембридже, где получил два красных диплома – по экономике и праву. В 1950 году он вернулся в Сингапур и занялся юридической практикой, бесплатно представляя профсоюзы в разбирательствах с колониальной администрацией. О политике он тогда не думал – пока не пережил японскую оккупацию.
«Я не выбирал для себя занятия политикой. Это японцы принесли политику в мою жизнь», – говорил он. В 1954 году Ли стал одним из основателей Партии народного действия, придерживавшейся антиколониальных взглядов. В 1959 году партия победила на выборах, и 36-летний Ли Куан Ю стал первым премьер-министром самоуправляющегося Сингапура.
Независимость, которую не ждали
Ли Куан Ю верил в объединение с Малайзией – мечтал, что остров станет деловым центром единой страны, а сам он однажды возглавит её. В 1963 году Сингапур вошёл в Федерацию Малайзия. Но мирного сосуществования не вышло: малайзийские власти заподозрили Ли в попытке расколоть страну по этническому признаку, в Сингапуре вспыхнули межнациональные столкновения. В августе 1965 года парламент Малайзии проголосовал за исключение Сингапура из федерации.
Выступая в прямом эфире перед гражданами, Ли Куан Ю не смог сдержать слёз: «Каждый раз, когда мы будем оглядываться назад, вспоминая тот момент, когда мы подписали это соглашение, это будет момент страдания».
Остров получил полную независимость, которая не радовала никого. У маленькой страны не было ни армии, ни ресурсов, ни даже свободного доступа к пресной воде – её приходилось завозить из недружественной Малайзии. Большинство людей жили в трущобах, безработица была высочайшей, а Сингапур имел репутацию наркотической столицы региона. Тем не менее Ли Куан Ю вернулся в кабинет и продолжил работу над планом реформ.
«У нас нет никаких природных ресурсов. У нас есть только люди, живущие на маленьком, стратегически важном кусочке суши». Ставка на людей – не декларация, а практическая программа. Ли Куан Ю руководствовался принципом меритократии: на высокие посты назначали самых способных, независимо от социального статуса и национальности. Образование перевели на английский язык – это был нейтральный выбор, равно приемлемый для китайцев, малайцев и индийцев, и одновременно мост к иностранным инвесторам. Вторым обязательным языком стал китайский. Финансирование образования увеличили в 46 раз, профессия учителя стала престижной – конкурс на должность достигал десяти человек на место.
Параллельно решалась проблема жилья. На деньги государства развернули программу строительства доступных многоквартирных домов, гражданам предоставляли ипотеку под низкий процент. За несколько лет большинство сингапурцев переехали из ветхих лачуг без удобств в комфортабельные квартиры. Ли Куан Ю считал собственность ключевым инструментом: люди, купившие жильё, привязываются к стране и придирчивее выбирают политиков.
Коррупция: сверху вниз
Борьба с коррупцией в Сингапуре шла не снизу, а сверху – с самых высоких чинов. Это было главным условием успеха. Бюро по расследованию коррупции, созданное ещё англичанами в 1952 году, получило широкие полномочия: сотрудники могли задерживать и обыскивать любого гражданина, заподозренного во взяточничестве.
Ли Куан Ю отправил в тюрьму несколько министров, включая старых соратников. Министра окружающей среды Ви Тун Буна уличили в получении особняка от делового партнёра и краже средств на семейные поездки – приговор: четыре с половиной года. Министр национального развития Те Чин Ван, обвинённый в получении взятки на сотни тысяч долларов, покончил с собой, оставив записку: «Как благородный восточный джентльмен я считаю, что будет справедливо, если я заплачу за свою ошибку самую высокую цену».
В 1995 году антикоррупционные органы начали расследование и против семьи самого Ли Куан Ю – родственников обвиняли в незаконном увеличении капиталов через покупку недвижимости. Расследование доказало невиновность премьера и его близких. «Тот факт, что созданная мною система позволила расследовать и предать гласности мои собственные действия, показал, что она беспристрастна и эффективна. Перед законом у нас все равны».
Важным решением стало и резкое повышение зарплат госслужащим – до уровня топ-менеджеров глобальных корпораций. Чиновникам, получавшим сотни тысяч долларов в год, стало невыгодно рисковать свободой ради взяток. Сегодня сингапурские чиновники – одни из самых высокооплачиваемых в мире.
«Одним словом – доверие»
Привлечение иностранных инвестиций стало вторым ключевым направлением. Специальное Управление экономического развития занималось поиском инвесторов по всему миру. Власти ликвидировали административные барьеры, открытие бизнеса сделали простым и быстрым, предпринимателей освобождали от налогов на пять, а потом и на десять лет. «Если бы я должен был описать одним словом, почему Сингапур преуспел, то этим словом было бы "доверие". Именно доверие к нам позволило иностранным инвесторам основать свои фабрики и заводы в Сингапуре».
В 1968 году Texas Instruments открыла в Сингапуре производство полупроводников – микроэлектроника тогда только начинала развиваться. Вслед пришли Hewlett-Packard, General Electric, нефтяные гиганты Shell, Mobil, Esso, British Petroleum. К началу 1990-х Сингапур стал третьим мировым и первым в Азии центром торговли и переработки нефти – не имея ни капли собственной. «Нашим кредо было либо производить товары и оказывать услуги дешевле и лучше, чем кто-либо другой, либо погибнуть».
Ли Куан Ю использовал и выгодный часовой пояс острова – между США и Европой. Местный банкир Ван Онен заметил, что Сингапур идеально расположен для перевалки мировых финансов из Сан-Франциско в Цюрих. Так страна стала четвёртым крупнейшим финансовым центром мира после Лондона, Нью-Йорка и Гонконга.
Город-сад на болотистой почве
В 1960-х Сингапур очистили от уличных торговцев и коров, пасшихся в центре города. Осушали болота, вычищали каналы, озеленяли улицы. Реку Сингапур, запруженную гнилыми шлюпками, обрамили набережными и садами – вместо лодок по ней стали ходить электрокатера. Закупили песок в Индонезии и сделали собственные пляжи. Построили аэропорт Чанги, который десятилетиями занимает первые строчки в рейтингах лучших аэропортов мира.
Ли Куан Ю считал, что городской ландшафт напрямую влияет на инвестиционный климат: «Иностранные управляющие обычно встречались со мной, прежде чем принять решение об инвестициях. Я считал, что лучший способ убедить их принять такое решение, – сделать дорогу от аэропорта до моего офиса чистой, элегантной и зелёной».
Параллельно власти боролись с бытовыми привычками. После информационной кампании о роли плевков в распространении туберкулёза и высоких штрафов за порчу газонов и бульваров привычка плеваться пошла на убыль. Ввели антитабачные кампании. В 1992 году полностью запретили жевательную резинку. За курение в неположенных местах, граффити, перекусы в метро – штрафы, а в некоторых случаях и тюремный срок.
Запад часто критиковал Сингапур за вмешательство в частную жизнь. В интервью 1987 года Ли Куан Ю сформулировал свою позицию без обиняков: «Меня критикуют за вмешательство в частную жизнь граждан. Это справедливо, но без этого мы бы не достигли того, что нам удалось. Я ни о чём не сожалею – мы бы не смогли обеспечить экономический прогресс, если бы не занимались очень личными вопросами: кто ваши соседи, как вы живёте, шумите вы или нет, плюетесь или нет, на каких языках общаетесь. Это мы решаем, что правильно, а до мнения граждан нам нет никакого дела».
30 лет у власти
Ли Куан Ю оставался премьер-министром с 1959 по 1990 год – семь раз его партия одерживала победу на выборах. В 1990-м он подал в отставку, сохранив пост старшего министра, а затем – министра-наставника при преемниках. В 2004 году премьером стал его старший сын Ли Сяньлун, что дало повод говорить о клановости, хотя сын имел блестящее образование и прошёл через ряд ответственных постов. Сам Ли Куан Ю так оценивал своё наследие: «Я не утверждаю, что всё, что я делал, было правильным, но всё было сделано ради благой цели».
23 марта 2015 года Ли Куан Ю скончался на 92-м году жизни. В стране был объявлен семидневный национальный траур. Более 450 тысяч сингапурцев пришли проститься – некоторые простояли в очереди более десяти часов. Над гробом отца-основателя звучали речи на английском, китайском и тамильском языках. Его сын Ли Сяньлун сказал: «Он сражался за нашу независимость, создал нацию там, где её не было, и заставил нас гордиться тем, что мы являемся сингапурцами».
Что осталось
За время правления Ли Куан Ю подушевой ВВП Сингапура вырос с $400 до $12 200, ежегодный прирост составлял в среднем около 9 %. Сегодня Сингапур занимает первое место в рейтинге Всемирного банка по условиям ведения бизнеса, одно из первых по уровню человеческого развития (обгоняет США и Великобританию), входит в десятку стран с минимальной коррупцией, в десятку самых безопасных государств планеты. Без капли собственной нефти – один из мировых лидеров по производству оборудования для её добычи. Без природных ресурсов – 12-е место в мире по золотовалютным резервам.
Сам Ли Куан Ю сравнивал Сингапур с сорокаэтажным зданием на болотистой почве и никогда не воспринимал успехи страны как данность. Западным критикам, упрекающим его в авторитаризме, он отвечал прямо: «Разве у вас выше квалификация, чем у меня, чтобы решать, что будет действенно для этой страны?»
Юлия Рождественская
Иллюстрация: «Евразия сегодня», Wikipedia, Wikimedia Commons
Сингапур не начинал с нуля – он начинал с минуса. Торговое поселение в Малаккском проливе существовало ещё в XII веке, но в XVII веке было разрушено португальцами. Когда в 1819 году британец Стэмфорд Раффлз основал здесь опорный пункт Ост-Индской компании, на острове оставалось лишь несколько рыбацких семей. Колония быстро росла: после открытия Суэцкого канала торговый оборот взлетел, сюда хлынули эмигранты из Китая, Индии, Малайи. Но о благополучии рядовых жителей речи не шло – проценты от торговли опиумом были доходной статьёй колониальных властей, а население косила наркомания.
В 1942 году Япония провела одну из самых успешных операций против союзников: британская база сдалась после недели боёв. Уинстон Черчилль назвал это «наихудшей катастрофой и крупнейшей капитуляцией в британской истории». Для сингапурцев, считавших свой остров неприступной крепостью, это было крушение веры в западного покровителя. Три года японской оккупации закрепили в обществе ощущение: спасение придёт только от самих себя.
Гарри Ли из Кембриджа
Ли Куан Ю родился в семье этнических китайцев среднего класса. Отец принадлежал к народности хакка, известной предприимчивостью – их иногда называют «китайскими евреями». Родители увлекались британской культурой и назвали сына на английский манер – Гарри Ли. Английский был его фактически родным языком, китайский он освоил позже, уже для политической карьеры.
Гарри Ли окончил сингапурский Раффлз-колледж, затем учился в Лондонской школе экономики и Фицуильям-колледже в Кембридже, где получил два красных диплома – по экономике и праву. В 1950 году он вернулся в Сингапур и занялся юридической практикой, бесплатно представляя профсоюзы в разбирательствах с колониальной администрацией. О политике он тогда не думал – пока не пережил японскую оккупацию.
«Я не выбирал для себя занятия политикой. Это японцы принесли политику в мою жизнь», – говорил он. В 1954 году Ли стал одним из основателей Партии народного действия, придерживавшейся антиколониальных взглядов. В 1959 году партия победила на выборах, и 36-летний Ли Куан Ю стал первым премьер-министром самоуправляющегося Сингапура.
Независимость, которую не ждали
Ли Куан Ю верил в объединение с Малайзией – мечтал, что остров станет деловым центром единой страны, а сам он однажды возглавит её. В 1963 году Сингапур вошёл в Федерацию Малайзия. Но мирного сосуществования не вышло: малайзийские власти заподозрили Ли в попытке расколоть страну по этническому признаку, в Сингапуре вспыхнули межнациональные столкновения. В августе 1965 года парламент Малайзии проголосовал за исключение Сингапура из федерации.
Выступая в прямом эфире перед гражданами, Ли Куан Ю не смог сдержать слёз: «Каждый раз, когда мы будем оглядываться назад, вспоминая тот момент, когда мы подписали это соглашение, это будет момент страдания».
Остров получил полную независимость, которая не радовала никого. У маленькой страны не было ни армии, ни ресурсов, ни даже свободного доступа к пресной воде – её приходилось завозить из недружественной Малайзии. Большинство людей жили в трущобах, безработица была высочайшей, а Сингапур имел репутацию наркотической столицы региона. Тем не менее Ли Куан Ю вернулся в кабинет и продолжил работу над планом реформ.
«У нас нет никаких природных ресурсов. У нас есть только люди, живущие на маленьком, стратегически важном кусочке суши». Ставка на людей – не декларация, а практическая программа. Ли Куан Ю руководствовался принципом меритократии: на высокие посты назначали самых способных, независимо от социального статуса и национальности. Образование перевели на английский язык – это был нейтральный выбор, равно приемлемый для китайцев, малайцев и индийцев, и одновременно мост к иностранным инвесторам. Вторым обязательным языком стал китайский. Финансирование образования увеличили в 46 раз, профессия учителя стала престижной – конкурс на должность достигал десяти человек на место.
Параллельно решалась проблема жилья. На деньги государства развернули программу строительства доступных многоквартирных домов, гражданам предоставляли ипотеку под низкий процент. За несколько лет большинство сингапурцев переехали из ветхих лачуг без удобств в комфортабельные квартиры. Ли Куан Ю считал собственность ключевым инструментом: люди, купившие жильё, привязываются к стране и придирчивее выбирают политиков.
Коррупция: сверху вниз
Борьба с коррупцией в Сингапуре шла не снизу, а сверху – с самых высоких чинов. Это было главным условием успеха. Бюро по расследованию коррупции, созданное ещё англичанами в 1952 году, получило широкие полномочия: сотрудники могли задерживать и обыскивать любого гражданина, заподозренного во взяточничестве.
Ли Куан Ю отправил в тюрьму несколько министров, включая старых соратников. Министра окружающей среды Ви Тун Буна уличили в получении особняка от делового партнёра и краже средств на семейные поездки – приговор: четыре с половиной года. Министр национального развития Те Чин Ван, обвинённый в получении взятки на сотни тысяч долларов, покончил с собой, оставив записку: «Как благородный восточный джентльмен я считаю, что будет справедливо, если я заплачу за свою ошибку самую высокую цену».
В 1995 году антикоррупционные органы начали расследование и против семьи самого Ли Куан Ю – родственников обвиняли в незаконном увеличении капиталов через покупку недвижимости. Расследование доказало невиновность премьера и его близких. «Тот факт, что созданная мною система позволила расследовать и предать гласности мои собственные действия, показал, что она беспристрастна и эффективна. Перед законом у нас все равны».
Важным решением стало и резкое повышение зарплат госслужащим – до уровня топ-менеджеров глобальных корпораций. Чиновникам, получавшим сотни тысяч долларов в год, стало невыгодно рисковать свободой ради взяток. Сегодня сингапурские чиновники – одни из самых высокооплачиваемых в мире.
«Одним словом – доверие»
Привлечение иностранных инвестиций стало вторым ключевым направлением. Специальное Управление экономического развития занималось поиском инвесторов по всему миру. Власти ликвидировали административные барьеры, открытие бизнеса сделали простым и быстрым, предпринимателей освобождали от налогов на пять, а потом и на десять лет. «Если бы я должен был описать одним словом, почему Сингапур преуспел, то этим словом было бы "доверие". Именно доверие к нам позволило иностранным инвесторам основать свои фабрики и заводы в Сингапуре».
В 1968 году Texas Instruments открыла в Сингапуре производство полупроводников – микроэлектроника тогда только начинала развиваться. Вслед пришли Hewlett-Packard, General Electric, нефтяные гиганты Shell, Mobil, Esso, British Petroleum. К началу 1990-х Сингапур стал третьим мировым и первым в Азии центром торговли и переработки нефти – не имея ни капли собственной. «Нашим кредо было либо производить товары и оказывать услуги дешевле и лучше, чем кто-либо другой, либо погибнуть».
Ли Куан Ю использовал и выгодный часовой пояс острова – между США и Европой. Местный банкир Ван Онен заметил, что Сингапур идеально расположен для перевалки мировых финансов из Сан-Франциско в Цюрих. Так страна стала четвёртым крупнейшим финансовым центром мира после Лондона, Нью-Йорка и Гонконга.
Город-сад на болотистой почве
В 1960-х Сингапур очистили от уличных торговцев и коров, пасшихся в центре города. Осушали болота, вычищали каналы, озеленяли улицы. Реку Сингапур, запруженную гнилыми шлюпками, обрамили набережными и садами – вместо лодок по ней стали ходить электрокатера. Закупили песок в Индонезии и сделали собственные пляжи. Построили аэропорт Чанги, который десятилетиями занимает первые строчки в рейтингах лучших аэропортов мира.
Ли Куан Ю считал, что городской ландшафт напрямую влияет на инвестиционный климат: «Иностранные управляющие обычно встречались со мной, прежде чем принять решение об инвестициях. Я считал, что лучший способ убедить их принять такое решение, – сделать дорогу от аэропорта до моего офиса чистой, элегантной и зелёной».
Параллельно власти боролись с бытовыми привычками. После информационной кампании о роли плевков в распространении туберкулёза и высоких штрафов за порчу газонов и бульваров привычка плеваться пошла на убыль. Ввели антитабачные кампании. В 1992 году полностью запретили жевательную резинку. За курение в неположенных местах, граффити, перекусы в метро – штрафы, а в некоторых случаях и тюремный срок.
Запад часто критиковал Сингапур за вмешательство в частную жизнь. В интервью 1987 года Ли Куан Ю сформулировал свою позицию без обиняков: «Меня критикуют за вмешательство в частную жизнь граждан. Это справедливо, но без этого мы бы не достигли того, что нам удалось. Я ни о чём не сожалею – мы бы не смогли обеспечить экономический прогресс, если бы не занимались очень личными вопросами: кто ваши соседи, как вы живёте, шумите вы или нет, плюетесь или нет, на каких языках общаетесь. Это мы решаем, что правильно, а до мнения граждан нам нет никакого дела».
30 лет у власти
Ли Куан Ю оставался премьер-министром с 1959 по 1990 год – семь раз его партия одерживала победу на выборах. В 1990-м он подал в отставку, сохранив пост старшего министра, а затем – министра-наставника при преемниках. В 2004 году премьером стал его старший сын Ли Сяньлун, что дало повод говорить о клановости, хотя сын имел блестящее образование и прошёл через ряд ответственных постов. Сам Ли Куан Ю так оценивал своё наследие: «Я не утверждаю, что всё, что я делал, было правильным, но всё было сделано ради благой цели».
23 марта 2015 года Ли Куан Ю скончался на 92-м году жизни. В стране был объявлен семидневный национальный траур. Более 450 тысяч сингапурцев пришли проститься – некоторые простояли в очереди более десяти часов. Над гробом отца-основателя звучали речи на английском, китайском и тамильском языках. Его сын Ли Сяньлун сказал: «Он сражался за нашу независимость, создал нацию там, где её не было, и заставил нас гордиться тем, что мы являемся сингапурцами».
Что осталось
За время правления Ли Куан Ю подушевой ВВП Сингапура вырос с $400 до $12 200, ежегодный прирост составлял в среднем около 9 %. Сегодня Сингапур занимает первое место в рейтинге Всемирного банка по условиям ведения бизнеса, одно из первых по уровню человеческого развития (обгоняет США и Великобританию), входит в десятку стран с минимальной коррупцией, в десятку самых безопасных государств планеты. Без капли собственной нефти – один из мировых лидеров по производству оборудования для её добычи. Без природных ресурсов – 12-е место в мире по золотовалютным резервам.
Сам Ли Куан Ю сравнивал Сингапур с сорокаэтажным зданием на болотистой почве и никогда не воспринимал успехи страны как данность. Западным критикам, упрекающим его в авторитаризме, он отвечал прямо: «Разве у вас выше квалификация, чем у меня, чтобы решать, что будет действенно для этой страны?»
Юлия Рождественская
Иллюстрация: «Евразия сегодня», Wikipedia, Wikimedia Commons
Другие Актуальное
Право на прошлое
Тингс Чак: «Историческое сознание для эпохи распада»
15.09.2026 23:05:47
Философия долгого пути
Джошуа Чанг: «Терпеливый подход к капиталу»
15.09.2026 15:56:44
Инфраструктура доверия
Асель Марченко: «Мы предоставляем общие "рельсы"»
15.09.2026 13:35:12