Широкий взгляд

В Москве (Российская Федерация) открылся 20-й Большой фестиваль мультфильмов (БФМ), крупнейший международный смотр анимации в России, который продлится до 2 ноября 2026 года. В программе – более 300 работ из 40 стран, российские и зарубежные премьеры, работы известных мастеров и дебюты молодых режиссеров, специальные блоки к 90-летию «Союзмультфильма» и к юбилею режиссёра Эдуарда Назарова. 28 октября, в Международный день анимации, в рамках деловой программы в АКИ Лаб прошли панельные дискуссии про экспорт в анимации, карьеру и питчинг проектов. С 4 по 8 ноября зрителей ждут мастер-классы по созданию анимации «Фабрика мультфильмов». А с 6 по 15 ноября можно будет посмотреть фестивальную программу онлайн, а также принять участие в онлайн-встречах с известными режиссерами и художниками анимационного кино.

Первой зрители увидели китайскую картину «Маленькие демоны путешествуют на Запад» — историю о четырёх маленьких демонах, которые отправляются в путешествие в поисках лучшей жизни. Почему их история понятна в разных странах, откуда в современной анимации столько тревоги и что заставляет художников в эпоху искусственного интеллекта возвращаться к куклам — об этом в интервью «Евразии сегодня» рассказала программный директор Большого фестиваля мультфильмов, театральный и анимационный критик Дина Годер.

---

— Фестиваль проходит в двадцатый раз. Что за это время сильнее изменилось? Особенности нынешней программы?

— За это время изменились и объём программы, и её структура, и то, что мы хотим показать зрителям. В первые годы программа была объёмнее: мы хотели закрыть лакуны в знаниях нашей публики. Многие мало видели архивной анимации, особенно старой зарубежной, плохо знали современную — просто негде было её смотреть. А мы показывали самое отборное, делали много специальных программ.

Сейчас фестиваль не то что уменьшился — он сконцентрировался и точнее отвечает на сегодняшние запросы. Уже нет прежнего: «Мы вам расскажем обо всём». Он стал соразмернее зрителю: всю программу по-прежнему не посмотреть, но увидеть многое вполне можно. И выбирать легче. Когда перед тобой 30 вариантов на день, ты, наверное, дома останешься просто от ужаса: непонятно, что выбирать.

В этом году мы делаем серьёзный упор на лекции, мастер-классы, встречи с режиссёрами, членами жюри, сценаристами, аниматорами, иллюстраторами. Нам кажется, сегодня очень важно не просто смотреть кино, а встречаться с людьми и разговаривать о профессии.


— Фестиваль открылся китайскими «Маленькими демонами, путешествующими на Запад». Почему именно эта картина выбрана? 

— «Маленькие демоны» — прежде всего кино, которое нам нравится. Для открытия мы выбираем фильмы, которые кажутся нам самыми яркими и интересными и при этом подходят для такого показа. Это не мрачное, проблемное кино — бывает у нас и такое, — а более развлекательное, рассчитанное на разную публику. Может быть, не детское, но подходящее и для специалистов, и для неспециалистов.

На открытие приходит много профессионалов, но зал огромный, и многие покупают билеты просто ради кино. В этот раз большую часть зала составляли любители, которые очень хотели увидеть этот фильм. На второй показ билеты улетели сразу.


— Что эта картина помогает понять о Китае, чего мы обычно не замечаем за новостями об экономике и политике?

— Нельзя говорить, что эта картина помогает нам понять о Китае что-то, чего мы обычно не замечаем. Конечно, она что-то объясняет, рассказывает о мифологии, к тому же это интерпретация довольно известной книги, легенды. Но главное здесь — то, что объединяет нас всех, что в Китае точно такое же, как у нас.

Это разговор о смелости, честности и желании маленького человека помочь. О героях, которые не являются героями в принятом смысле слова. Это просто животные, которые, как в обычной жизни, находятся в подчинении у больших важных начальников — больших важных демонов. А здесь у нас маленькие демоны. Но, как мы видим, они побеждают благодаря тому, что действуют вместе.


— Какие страны сегодня могут удивить зрителя? Какие фильмы вы бы привели в пример?

— В сущности, любое хорошее кино удивляет, не оставляет равнодушным. Но особенно радует и восхищает, когда яркие фильмы появляются в странах, которые раньше не считались анимационными. Вдруг там выходит что-то неожиданное, смешное или, наоборот, сложное.

Во французском кино, конечно, много удивительного, но мы понимаем, что у французов очень сильная анимация. Они выпускают много фильмов и помогают всем. Так что само появление интересного фильма нас совершенно не удивляет.

А вот, например, бразильский полнометражный фильм «Сукин сын». Его делала команда режиссёров — каждый сидел в своём углу огромной Бразилии. Они работали над ним десять лет: денег у них, наверное, не было, но очень хотелось его снять. Это роуд-муви, история парня, который пошёл искать своего отца. Кино для взрослых, сделанное с огромным юмором, и там много интересного и необычного. Мне кажется, это один из тех фильмов, которые удивляют.

Есть и короткометражные фильмы из стран, которые мы вообще не считаем анимационными. Например, у нас есть очень симпатичный фильм из Ливана — это редкость. Есть ужасно забавный фильм-комикс из Казахстана. А тому, что у нас много фильмов из Китая, уже удивляться не приходится: у них отличная анимация.


— Замечаете ли вы общие темы у авторов из разных стран? О чем они чаще всего хотят говорить сегодня?

— Конечно, всех волнуют человеческие проблемы. Много снимают про взаимоотношения между мужчинами и женщинами. Молодые авторы часто обращаются к теме семьи, родителей.

Есть интересная деталь: в последние несколько лет стало больше фильмов, которые пугают. Это триллеры и ужастики, мрачные антиутопии, страшные сказки, какая-то мистика. Сначала я замечала это на зарубежных фестивалях, а в этом году обнаружила, что таких работ стало довольно много и в России.

Мы объединили российские и иностранные фильмы в блок «Страшное» из двух программ. Там и фантастика, и многое другое — всё так или иначе связано со страшным. Зрители обычно это любят. Видимо, людям сейчас страшно жить, и они пытаются высказать это через искусство.

Ещё, мне кажется, довольно много фильмов опирается на реальность — эта тенденция появилась уже давно. Это может быть документальная анимация, о которой я много рассказываю, или фантазия, отталкивающаяся от реальности, люди хотят рассказать, в частности, истории своей семьи.

В международном конкурсе у нас есть отдельная программа документальной анимации. Там много фильмов про родных, особенно про бабушек: о том, что они рассказывали, об историях, связанных с ними. Среди них есть невероятно яркие и интересные. Об этом можно долго рассказывать — общих тем хватает.


— Как взрослые зрители открывают для себя анимацию? Что помогает преодолеть представление, что мультфильмы предназначены главным образом детям?

— Есть люди, которым изначально интересны разные виды искусства, в том числе анимация. Они ищут авторское кино, смотрят его в интернете. Но многие наши зрители открыли для себя анимацию на фестивале ещё в детстве.

Фестивалю 20 лет, и часть взрослой публики выросла вместе с ним: сначала ходили на детские программы, потом на подростковые, затем на взрослые. Постепенно приходило понимание, что анимация бывает и для детей, и для взрослых — как книги или любое другое кино.

Мне кажется, большинство взрослых открывает её для себя, когда ходит с детьми. Смотришь детскую анимацию и вдруг понимаешь, что её темы интересны и тебе. Через год, два, три приходишь с ребёнком на подростковую программу и снова находишь что-то новое. Ну и втягиваешься, а потом уже ходишь на программы для взрослых. Это, мне кажется, нормально.


— Что происходит с фильмами после фестиваля? 

— Короткометражная анимация, как и другое короткометражное кино, обычно появляется в интернете после фестивального круга. Не после нашего фестиваля, а после того, как фильм пройдёт весь фестивальный путь, — это может занять два или три года.

Фильмы публикуют отдельно или в составе специальных программ и блоков. Например, студия выкладывает подборку своих работ, объединённых темой или именами режиссёров. Это может происходить по-разному, но в основном, конечно, в интернете.

Зрителям, которые интересуются, стоит запомнить название фильма и имя автора и время от времени проверять, появился ли он в сети. Через два-три года после производства фильм чаще всего уже можно найти в интернете. С полнометражными картинами это происходит реже, но найти их обычно тоже можно.


— Чего вы ждёте от анимации в ближайшие годы?

— Трудно сказать. Честно говоря, в том и прелесть, что я совершенно не знаю, чего ждать. Как и от всякого искусства, жду чего-то нового, интересного, необычного.

Предполагаю, что в ближайшее время мы увидим много работ, связанных с технологическими прорывами: от использования искусственного интеллекта до интерактивных форм, когда люди смогут сами участвовать в мультфильмах. Мало ли что может быть.

Но одновременно, мне кажется, происходит вот что: чем больше фильмов создают с помощью новых технологий, тем больше людей стараются делать анимацию вручную. Это классические куклы, ручные коллажные техники, перекладка, песок и так далее. Люди очень по этому скучают — и художники, и зрители.

Поэтому сейчас, по моему мнению, появился новый интерес к куклам. Казалось бы, кукольное кино уже никому не нужно: любую куклу можно гораздо лучше нарисовать. А оно возрождается. Стали снимать много кукольных фильмов, в том числе полнометражных. Но и в коротком метре их стало гораздо больше, чем было, скажем, 15 лет назад.

---

Беседовала Алёна Казакова
Фото предоставлено героиней публикации