ПРОСТРАНСТВО ВОЗМОЖНОСТЕЙ
Все страны и города
Войти
Цифровые валюты ЦБ в государствах - членах ЕАЭС

Цифровые валюты ЦБ в государствах - членах ЕАЭС

14.08.2023 17:00:00

В период пандемии коронавируса востребованность онлайн-решений во всех сферах жизни резко возросла, это повсеместно ускорило формирование цифровой экономики и сокращение использования наличных средств. Во всем мире происходит неуклонный рост безналичных расчетов. <...> Растет потребность в новой форме денег, более соответствующей духу цифровой эпохи, и в качестве таковой сегодня выступают цифровые валюты центральных банков – ЦВЦБ (central bank digital currency – CBDC).


К внедрению цифровых валют подталкивает и рынок платежных услуг, который предлагает пользователям виртуальные деньги электронных платежных систем и сотни криптовалют. Предложение ЦВЦБ направлено на укрепление финансовой стабильности и усиление контроля за рынком платежных услуг. При этом особую актуальность приобретают вопросы надежности и стоимости операций.

Для решения этих задач потребуются значительные инвестиции в технологии платежей. ЦВЦБ – это новая (третья) форма официально эмитируемых государством денег. Цифровая валюта имеет форму уникального цифрового кода, хранится цифровая валюта в специальном кошельке. По экономическому содержанию цифровая валюта ЦБ – это обязательства центрального (национального) банка. Передача цифровой валюты от одного пользователя к другому происходит в виде перемещения цифрового кода с одного индивидуального электронного кошелька в системе центрального банка на другой, причем информация обо всех операциях будет сохраняться.

В отличие от криптовалют, эмитируемых частными лицами (наиболее известная из них – биткойн), курс такой валюты не отличается от курса наличной или безаличной валюты эмитента и не подвержен резким скачкам. ЦВЦБ – законное средство платежа для любых операций. Кроме того, наряду с высокой степенью защищенности, использование ЦВЦБ является прозрачным для государства и позволяет ему контролировать оборот средств, например при проведении госзакупок. В настоящее время огромные капиталы в форме криптовалют анонимно переводятся из страны в страну и проходят мимо налоговых органов. В экономике государств, движущихся по пути использования ЦВЦБ, существенно повышается роль центральных банков. Главное преимущество государственных цифровых валют – безопасность. За сохранность цифрового актива отвечает национальный банк, исключаются риски в случае банкротства коммерческих банков.


Международный опыт

Интерес к разработке национальных цифровых валют в отдельных государствах возник в середине 2010-х годов, чему способствовало появление и бурное развитие не контролируемых государством криптовалют. Разработки в этой области стали особенно актуальны под давлением различных катаклизмов (пандемия коронавируса – один из них). За последние несколько лет количество стран, центральные банки которых изучают потенциал ЦВЦБ для внутренних и трансграничных платежей, постоянно растет, и, по данным Банка международных расчетов (BIS), их число превысило 60, причем многие из них в том или ином масштабе тестируют концепции ЦВ. 

В большинстве случаев интерес к разработке и внедрению государственных ЦВ нацелен на внутренние платежи, а не на международные расчеты. Многие эксперты говорят при этом о «цифровом суверенитете». Тем не менее есть примеры и серьезных международных проектов – совместный проект Stella Банка Японии и Европейского центрального банка или проект BIS m-CBDC Bridge. Хранение цифровых денег и проведение транзакций осуществляется с использованием цифрового кошелька и фиксируется центральным банком. Это повышает доступность финансовых услуг в отдаленных районах и позволяет обходиться без POS-терминалов в торговых точках. 

Там, где не работает сеть интернет, наличие цифрового кошелька (специального приложения) на мобильном устройстве в принципе позволяет передавать цифровой актив в режиме офлайн по беспроводной сети Bluetooth. Перевод средств представляет собой передачу файла от одного пользователя другому (технология near field communication – NFC). По состоянию на 2022 г., цифровые валюты центральных банков с определенными ограничениями функционируют уже в одиннадцати странах мира. Примечательно, что все государства, где на сегодняшний день используются ЦВЦБ, являются развивающимися экономиками с низким уровнем доступности банковских услуг или расположены на обширных территориях с труднодоступными районами. Для них цифровая форма национальной валюты становится прорывным решением в развитии национальных платежных систем. Это государства Карибского бассейна, Африки и Юго-Восточной Азии. Впервые национальные ЦВЦБ были объявлены в качестве законного средства платежа осенью 2020 г. в двух странах мира – Содружестве Багамских островов (Sand Dollar) и Камбодже (Bakong).

В Камбодже для того чтобы пользоваться ЦВЦБ, необходимо иметь в смартфоне приложение Bakong app и пополнить его национальной валютой. Все операции проходят в реальном времени и фиксируются в Центральном банке. 

Как показывает международный опыт, основной целью запуска ЦВЦБ в развивающихся странах обычно становится повышение доступности финансовых услуг при недостаточно развитом банковском секторе и невозможности использования традиционных платежных систем. В странах с развитым банковским сектором главной мотивацией может быть стремление к укреплению денежного суверенитета государства и финансовой стабильности на фоне роста безналичных расчетов и использования частных криптовалют. Как правило, введение в обращение национальной цифровой валюты сопровождается ограничениями и даже запретом на использование частных криптовалют. Позитивное отношение к криптоиндустрии со стороны государства, предоставлявшего льготные условия для майнинга криптовалют, в последние годы меняется на негативное в целом ряде государств (КНР, Казахстан).

В наибольшей степени в сфере применения ЦВ продвинулась КНР. Народный банк Китая (НБК) вел разработку цифрового юаня (e-CNY) с 2014 г., и первые тестирования прошли осенью 2020 г. В июне 2021 г. цифровой юань начал тестировать в шести городах страны ряд ведущих китайских банков, к которым позднее присоединилось свыше ста финансовых организаций, позже цифровой юань стал использоваться для оплаты проезда в пекинском метро. Было открыто более 20 миллионов электронных кошельков для физических лиц и 3,5 миллиона – для компаний. В 2021 г. один из крупнейших банков страны ICBC запустил активацию кошельков для цифрового юаня в мобильном приложении. В тестировании ЦВ могли участвовать пользователи платежной системы Alipay, в 2022 г. возможность быстрых платежей стала доступна для всех пользователей этой системы. С марта 2023 г. эта функция заработала и в китайской соцсети WeChat.

По мере введения цифрового юаня, в КНР происходит сворачивание операций с криптовалютами. С 2021 г. части госслужащих зарплата начисляется в форме цифрового юаня. По данным НБК, объем цифрового юаня в обращении на конец 2022 г. составил 13,61 млрд, или 2,1 млрд долл. Количество открытых цифровых кошельков физических лиц и компаний исчисляется десятками миллионов. Жители могут использовать цифровой юань в торговых центрах, точках общественного питания и для оплаты услуг ЖКХ. Электронные китайские юани имеют статус законного платежного средства, подготовлена соответствующая правовая база. При этом любые операции с цифровым юанем не будут анонимными. НБК находится во главе двухуровневой операционной системы е-CNY. НБК выпускает электронные юани для уполномоченных операторов, которыми являются коммерческие банки, и управляет электронными юанями на протяжении всего их жизненного цикла. В список уполномоченных входят Строительный, Сельскохозяйственный, Промышленный и Коммерческий банки, а также доверенные компании – Alibaba, Tencent, Union Pay. Уполномоченные операторы и другие коммерческие учреждения осуществляют обращение электронного китайского юаня среди населения.

Второй уровень включает все возможные компании, магазины и физические лица. Любой гражданин Китая может получить цифровой юань, использовать его для расчетов в розничной платежной системе. Народный банк Китая присоединился к проекту Инновационного хаба Банка международных расчетов m-CBDC Bridge, целью которого является проведение совместных экспериментов по тестированию трансграничных возможностей ЦВЦБ. В проекте принимают участие регуляторы Гонконга, Таиланда и ОАЭ. Можно предположить, что именно Китай станет лидером внедрения ЦВЦБ в мире. Однако запуск цифрового юаня в масштабах всей экономики страны пока не состоялся, пилотный проект продолжается.


Цифровые валюты ЦБ в государствах - членах ЕАЭС и интеграционные процессы в финансовой сфере 

К 2025 г. страны - участницы ЕАЭС намерены создать единый финансовый рынок. Экономики стран ЕАЭС характеризуются низким уровнем насыщенности деньгами и кредитами. Дефицит инвестиционных и финансовых ресурсов является сдерживающим фактором устойчивого экономического развития государств Союза. Преодолеть дефицит ресурсов призван общий финансовый рынок.

В Договоре о Евразийском экономическом союзе дается его определение:

гармонизированные требования к регулированию и надзору в сфере финансовых рынков государств-членов;
взаимное признание лицензий в банковском и страховом секторах, а также в секторе услуг на рынке ценных бумаг, выданных уполномоченными органами одного государства-члена на территории других членов Союза;
осуществление деятельности по предоставлению финансовых услуг на всей территории Союза без дополнительного учреждения в качестве юридического лица;
административное сотрудничество между уполномоченными органами государств-членов, в том числе путем обмена информацией.

Поставлена цель – сформировать в странах ЕАЭС единые правила игры в страховом, банковском и биржевом секторах, однако конкретная пошаговая последовательность действий в создании общего финансового рынка в Договоре не прописана.

В ЕАЭС, в отличие от ЕС, решения о переходе к единой валюте нет. Денежно-кредитная и налогово-бюджетная политики находятся в компетенции самих стран – участниц ЕАЭС, и они пока не готовы делегировать эти полномочия. Безусловно, отсутствие единой валюты Союза является тормозом интеграции. Однако следует учитывать, что в обозримом будущем введение ее невозможно, так как власти и общественность этих стран очень чувствительно относятся к вопросам национального суверенитета, а наличие национальной валюты считают его непременным атрибутом. Кроме того, объективной причиной являются различия в экономическом потенциале стран ЕАЭС, не позволяющие говорить о единой валюте.

Вряд ли ситуация радикально изменится в ближайшие годы в силу низкого уровня экономического взаимодействия государств-членов: объем взаимной торговли государств ЕАЭС на порядок меньше их торгового оборота с третьими странами, нет достаточных потоков товаров, услуг, капитала, инвестиций между странами Союза. Дополнительные трудности создает санкционная политика Запада в отношении РФ и Беларуси.

Начиная с 2016 г. принят целый ряд совместных решений по формированию единого финансового рынка. Государства - члены Союза договорились о создании в 2025 г. наднационального органа по регулированию финансового рынка с месторасположением в городе Алматы после завершения гармонизации законодательства в сфере финансовых рынков.

Страны - участницы ЕАЭС не могут оставаться в стороне от масштабных глобальных изменений в сфере платежей и расчетов. Евразийская экономическая комиссия осуществила детальное исследование мирового опыта государственного регулирования в сфере криптоиндустрии. Была проведена серия встреч ведущих экспертов государств - членов Союза и сделаны соответствующие выводы и рекомендации. Однако эти решения не охватывают область цифровых валют центральных банков стран - участниц объединения.

Государства Союза находятся на разных стадиях разработки ЦВЦБ, и каждое действует самостоятельно. Лишь в апреле 2023 г. на заседании Консультативного комитета по финансовым рынкам ЕЭК были заслушаны сообщения представителей Банка России и Национального банка Республики Казахстан о ходе работ по цифровому рублю и цифровому тенге – как наиболее продвинутых разработок в области ЦВЦБ среди стран ЕАЭС. Одновременно был представлен доклад «О целесообразности проведения научно-исследовательской работы по теме: "Перспективы применения цифровых валют центральных банков государств – членов ЕАЭС в трансграничных платежах и расчетах"».

Рассмотрим, в каком состоянии находятся разработки в сфере ЦВЦБ в государствах, входящих в ЕАЭС.


Казахстан

В 2021 г. Национальным банком Республики Казахстан при сотрудничестве с участниками финансового рынка, экспертным сообществом и международными партнерами был реализован пилотный проект «Цифровой тенге». Основными целями проекта являлись проверка жизнеспособности концепции цифрового тенге через подтверждение реализуемости розничной платформы на базе технологии распределенного реестра, а также определение основных параметров модели ЦВЦБ.

В рамках пилотного проекта были реализованы базовые сценарии жизненного цикла цифрового тенге – от эмиссии и распределения до покупок и переводов с использованием цифрового тенге. В результате была подтверждена реализуемость концепции цифрового тенге и предложена модель оценки влияния ЦВ на экономику, финансовую стабильность и денежно-кредитную политику, а также варианты регулирования.

В 2022 г. Национальный банк продолжил исследование преимуществ и издержек внедрения цифрового тенге. Проводилась работа по расширению технологической функциональности платформы и количественные экономические исследования. Подготовкой платформы цифрового тенге занимается дочерняя компания Нацбанка Казахстана «Центр развития платежных и финансовых технологий».

В целях широкого вовлечения участников финансового рынка и всех заинтересованных сторон, в июне 2022 г. запущен формат Digital Tenge Hub. В сотрудничестве с участниками рынка проведено тестирование платформы цифрового тенге с реальными потребителями и торгово-сервисными предприятиями. Протестирован весь жизненный цикл цифрового тенге, включая возможность программируемости и офлайн-транзакций. Разработана модель принятия решения о внедрении цифрового тенге.

По результатам экономического моделирования сделаны выводы об отсутствии рисков для денежно-кредитной политики, финансовой стабильности и экономики в целом. По итогам репрезентативного опроса 60 % респондентов выразили готовность использовать цифровой тенге.

В соответствии с представленной Национальным банком «Дорожной картой», на 2023-2024 гг. намечены следующие дальнейшие шаги: пилотирование и запуск платформы цифрового тенге внутри страны (социальные выплаты, госзакупки), развитие трансграничных платежей. На 2025 г. планируется масштабирование разработок – добавление новых участников и сервисов, участие в интеграционных процессах с партнерами.


Кыргызстан, Армения, Беларусь

В 2022 г. Национальный банк Республики Кыргызстан представил для общественного обсуждения проект Концепции цифрового сома, состоящий из девяти глав. В Концепции дается следующее определение цифрового сома: «Цифровой сом – дополнительная форма национальной валюты Кыргызской Республики (кыргызского сома), которая будет эмитироваться Национальным банком в цифровой форме и являться его обязательством. При этом цифровой сом будет сочетать в себе свойства как наличных, так и безналичных сомов». Определена роль цифровой валюты в финансовой системе, предложена двухуровневая модель ее использования, анализируются преимущества и риски внедрения цифрового сома. Делается вывод об укреплении финансовой системы страны и укреплении бюджетной дисциплины в результате введения в оборот ЦВЦБ, при этом ее использование предусмотрено в первую очередь для внутренних, а в дальнейшем – и для трансграничных платежей. Реализация этого проекта рассчитана на 4 года, и решение по внедрению цифрового сома может быть принято в конце 2025 г.

Центральные банки Армении и Беларуси пока находятся на начальной стадии изучения возможностей национальных цифровых валют. Белорусские эксперты полагают, что в случае введения ЦВЦБ местные коммерческие банки потеряют часть вкладов населения, которые будут заменены на новые цифровые деньги. С целью замещения этих активов вырастет необходимость в докапитализации со стороны Нацбанка. Отмечается, что большинство проектов центральных банков по изучению возможностей ЦВЦБ ориентированы прежде всего на совершенствование национальных платежных систем, однако не менее важно предусмотреть возможность межгосударственных финансовых операций с дружественными странами. Это особенно важно для сотрудничества в рамках Союзного государства России и Белоруссии.

Формирование позиции по ЦВЦБ включено в перечень стратегических задач ЦБ Армении. Специалисты изучают мировой опыт внедрения ЦВЦБ, их функции и модели, проводится анализ возможных последствий использования государственной цифровой валюты и затрат на такой проект. Когда концепция ЦВЦБ будет готова, ее вынесут на обсуждение.


Заключение

Динамика развития проектов по исследованию возможностей ЦВЦБ свидетельствует о том, что цифровые валюты центральных банков имеют значительный потенциал. По различным оценкам, до 20 % центральных банков могут запустить в обращение розничные ЦВЦБ в ближайшие 3-4 года. Можно предположить, что в случае принятия положительного решения об эмиссии ЦВЦБ и полномасштабного введения ее в одной из развитых экономик мира количество государств, идущих по этому пути, возрастет.

Выработка подходов к ЦВЦБ в различных странах осуществляется с учетом потребностей их национальных платежных систем. Государства со слабо развитым банковским сектором используют возможности ЦВЦБ в качестве основы для своей платежной инфраструктуры, где контролирующие функции будут принадлежать центральным банкам. Государства с развитым банковским сектором и сферой платежных услуг продолжают исследования прежде, чем принимать решения в пользу внедрения ЦВЦБ, что обусловлено стремлением решить вопросы, связанные с рисками финансовой стабильности и разработкой регулирования с учетом интересов участников частного сектора банковских и платежных услуг.

Несмотря на ряд тестирований, подтвердивших эффективность ЦВЦБ, регуляторы экономически развитых государств, включая центральные банки Европы, до сих пор не приняли положительного решения о начале эмиссии ЦВЦБ и продолжают изучение возможных рисков и последствий для финансовой системы.

К явным преимуществам ЦВЦБ можно отнести минимизацию трансакционных издержек, возможность операций офлайн, безопасность, удобство (использование без открытия банковского счета, мгновенное осуществление операций), обеспечение независимости от международных платежных систем, контроль за целевым расходованием бюджетных средств, укрепление финансового суверенитета государства и ряд других.

Однако имеются и сдерживающие факторы: затратность процесса построения ЦВЦБ, необходимость массового производства аппаратного обеспечения, возможный отток средств из коммерческих банков (особенно в периоды экономической нестабильности), неготовность пользователей, отсутствие анонимности (в отличие от частных криптовалют), риски кибербезопасности.

В возрастании контролирующей роли центральных банков в экономике некоторые наблюдатели видят не только положительные моменты, но и возможность вмешательства государства в частную жизнь граждан. Действительно, использование ЦВЦБ физическими лицами позволит Центральному банку и стоящему за ним государству полностью отслеживать все траты граждан и даже программировать их – не допускать нецелевого расходования таких средств, как материнский капитал или дотации на лекарства. Успех введения ЦВЦБ зависит в том числе и от доверия граждан государству.

Распространение ЦВЦБ приведет к существенным изменениям в финансовой системе, усилению роли ЦБ в экономике. Используя такую валюту, юридические и физические лица перестают быть кредиторами коммерческих банков. Здесь возможна как одноуровневая (напрямую в ЦБ), так и двухуровневая (через коммерческие банки) система заходов клиентов к своим ресурсам. На наш взгляд, предпочтительнее второй вариант, чтобы не загружать ЦБ поддержанием обширной клиентской базы и не допустить оттока средств из коммерческих банков.

Приведенные выше данные о перспективах распространения ЦВЦБ в мире и в государствах - членах ЕАЭС необходимо учитывать при формировании единого финансового рынка Союза. В противном случае этот развивающийся сегмент выпадет из сферы совместного регулирования. По известным причинам перспективы введения единой валюты в ЕАЭС не просматриваются. ЦВЦБ является одной из форм национальной валюты, и в ближайшее время вряд ли актуально создание единой цифровой валюты в рамках этого интеграционного объединения, хотя с политической, экономической и технологической точек зрения такой вариант был бы оптимальным.

В настоящее время каждая из стран Евразийского экономического союза самостоятельно разрабатывает национальную цифровую валюту. Введение национальных цифровых валют не облегчает валютную интеграцию между партнерами, поскольку инфраструктура, необходимая для функционирования такой валюты, должна быть замкнута на банк-эмитент. Таким образом, если в интеграционном объединении нет единой валюты, то наличие нескольких ЦВЦБ автоматически не ведет к валютной интеграции стран-эмитентов.

Следует учитывать, что модель ЦВЦБ может быть разной. Например, в обстоятельном докладе Центра исследований финансовых технологий и цифровой экономики Сколково выделено 9 классов ЦБВБ в зависимости от целей и возможностей эмитента. Поэтому одной из главных проблем при трансграничном использовании цифровых валют станет совместимость их технологических платформ.

Для создания полноценного единого финансового рынка, удешевления и облегчения операций в национальных цифровых валютах необходимо изначально при их проектировании закладывать стандарты механизмов взаимодействия, чтобы можно было проводить операции в ЦВЦБ без посредников (в первую очередь, внутри ЕАЭС).

Следует создавать ЦВ на единой платформе, разработать сопоставимые технические и регуляторные стандарты, общий клиринговый механизм, базы, распределенные реестры. Это позволит осуществлять трансграничные финансовые операции напрямую, без использования SWIFT или других международных платежных систем, то есть без контроля со стороны правительства США, что особенно актуально в условиях западных санкций.

Для предотвращения финансирования терроризма и криминальной сферы должен быть создан единый для всех стран Союза стандарт идентификации пользователей. Такой вариант не ущемляет национальных интересов государств - членов ЕАЭС или СНГ и позволяет существенно упростить и ускорить операции в национальных ЦВЦБ. Эту работу необходимо начинать на стадии проектирования национальных цифровых валют, иначе после их внедрения в различных странах, которые понесут значительные затраты на разработку ЦВЦБ, придется изобретать механизм взаимодействия или действовать через посреднические структуры, увеличивая издержки.

По нашему мнению, необходимо именно сейчас, на ранних этапах создания национальных цифровых валют, начать работы с партнерами по ЕАЭС по следующим направлениям:

1. Предусмотреть, чтобы при разработке технологий, поддерживающих операции в национальных цифровых валютах, которые будут эмитироваться национальными ЦБ, изначально закладывались сопоставимые (или единые) стандарты и технические возможности, которые обеспечивали бы в дальнейшем «бесшовное» проведение операций по трансграничным переводам цифровых валют по распоряжениям юридических и физических лиц, их конверсию, проведение двустороннего или многостороннего клиринга. В идеале для удешевления функционирования национальных ЦВЦБ и для обеспечения эффективности трансграничных переводов желательно стремиться к использованию единой технологической платформы.
2. Разработать хорошо состыкованные регуляторные и законодательные требования, касающиеся функционирования ЦВЦБ и операций с этими валютами. Данный вопрос требует отдельного исследования, однако важными элементами гармонизации законодательной базы должны быть сближенные стандарты идентификации и проверки владельцев или получателей цифровых валют, а также взаимное признание результатов идентификации в целях противодействия легализации преступных доходов и финансированию терроризма.
3. Желательно, чтобы эта работа была официально включена в комплекс мер по созданию единого финансового рынка стран - членов ЕАЭС. Фактически эти предложения повторяют решения Евразийской экономической комиссии по операциям в национальных валютах на пути к формированию единого финансового рынка. Однако он не может быть создан без включения в него национальных цифровых валют.

По оценке специалистов Банка России, относительно широкое использование ЦВЦБ в мире начнется не ранее 2025-2030 гг. Тем не менее предусмотреть совместимость этих валют необходимо уже сегодня.

Полную версию статьи кандидата экономических наук Михаила Кривогуза «Цифровые валюты центральных банков и формирование общего финансового рынка стран ЕАЭС» читайте на сайте журнала «Россия и новые государства Евразии».

В иллюстрации использовано изображение автора WEBTECHOPS LLP  (CCBY3.0) с сайта https://thenounproject.com/ и фото с сайта https://unsplash.com/

Другие Актуальное

Использование политики «мягкой силы» позволяет стране укреплять свое влияние в Туркменистане, Азербайджане, Узбекистане, Казахстане и Кыргызстане.

18.04.2024 19:50:23

Мини-огороды становятся альтернативой отдыху на природе. Кроме того, «плантации» устраивают прямо на рабочих местах.

18.04.2024 15:12:19

Камбоджа является одним из ключевых производителей продовольствия. В связи с этим азиатская страна разработала долгосрочную стратегию по увеличению своего вклада в мировую продовольственную безопасность.

16.04.2024 16:58:02