Проект 123/19

Пока все бурно обсуждают итоги прошедшего около недели назад «Оскара», от нас чуть не уплыл тонкий и не по‑голливудски деликатный образец современной анимации. Это франко-бельгийский полнометражный мультфильм «Маленькая Амели» режиссёров Майли Валлад и Лянь-Чжо Ханя. В то время как «Зверополис» и «Кей-поп-охотницы» громко раздувают свои успехи, экранизация автобиографии Амели Нотомб поучаствовала в «Золотом глобусе» и «Оскаре» (номинаций, правда, не получила), зато тихо выиграла премию Ассоциации кинокритиков Лос-Анджелеса, приз зрительских симпатий в Сан-Себастьяне и ещё с десяток наград по всему миру. Какой получилась эта нежная постановка и почему мы её чуть было не проглядели – в материале Родиона Чемонина.

---

Согласно «Википедии», день 13 августа 1969 года известен схваткой между советскими пограничниками и китайскими военнослужащими, нарушившими границу СССР, названной позже в истории «конфликтом у озера Жаланашколь». Но в этот же день в Японии в семье бельгийского консула Патрика Нотомба и пианистки Даниэль случилось событие не менее важное, но не удостоенное упоминания в энциклопедиях: их дочь в возрасте двух с половиной лет внезапно сделала первый шаг. Дело в том, что у Амели после рождения диагностировали сложное неизлечимое заболевание и врачи «приговорили» её к тому, что она будет жить жизнью комнатного растения. Однако во время подземных толчков, которые в Японии происходят регулярно, девочка случайно выскользнула из своего «кокона», куда её поместили доктора, сразу встала на ноги и пошла. Это было настолько невероятно, что тот день назвали вторым днём рождения Амели, но только не для самой девочки. Она рассказывает, что по-настоящему родилась тогда, когда впервые попробовала белый бельгийский шоколад.

Пройдёт время, Амели Нотомб станет известнейшей бельгийской писательницей, её романы будут включены в обязательную программу обучения в нескольких европейских странах, в честь неё назовут астероид, а о своих детских воспоминаниях она напишет книгу «Метафизика труб». Именно этот роман лёг в основу мультфильма «Маленькая Амели» (Amélie et la Métaphysique des tubes).

Многие обозреватели называют ленту Майли Валлад и Лянь-Чжо Ханя скучной, затянутой и лишённой сюжета. Позвольте не согласиться. Во-первых, она никакая не длинная: по нынешним меркам хронометраж чуть больше часа можно счесть чуть ли не короткометражкой. Что касается скуки – это дело вкуса. Да, техника, в которой выполнен мультфильм, может показаться странной. Отсутствие градиентов в красках наводит на мысль о флеш-анимации, но как только мы видим кадры весеннего сада или морских волн с сотнями тысяч цветов и оттенков, сомнения в примитивности компьютерного подхода отпадают сами собой. Здесь использован редкий приём: всё, что попадает в кадр, лишено контуров. Нечто похожее можно было увидеть в латвийском «Потоке» (он получил «Оскар» год назад, но, в отличие от «Амели», удостоился награды как лучший анимационный фильм, а ещё стал невероятно популярным в сети – интернет наполнился вирусными роликами, где кошки и собаки смотрят это кино), так что вы понимаете, о чём речь. Персонажи здесь изображены пастелью, сплошными цветовыми блоками, которые мягко растворяются в окружающей обстановке. Такое решение позволяет добиться эффекта погружения в мир маленькой девочки, познающей окружающую реальность.



Сюжет тоже нельзя назвать отсутствующим или пунктирным. Амели – маленькая бельгийская девочка, рождённая и живущая в Японии, чей мир ограничен домом, садом и семьёй. Пока она находится в коконе и лишь наблюдает за людьми, её посещают метафизические мысли о сотворении мира. Себя она воображает богом – и это оправдано: в японской культуре дети до пяти лет считаются божествами, и им разрешено многое, если не всё, – причём богом в виде трубы. В своём почти растительном состоянии она словно безличная «труба», через которую проходят впечатления и еда, но за физиологией вдруг проступает сознание, вопросы о Боге, смысле, собственной отделённости от мира.

Когда девочка встаёт на ноги и осознаёт, что ходьба и бег – величайшее счастье, дарованное ей, она начинает капризничать и много кричать. Настолько, что отец Амели, Патрик, обеспокоенный состоянием дочери, приглашает домработницу Нисио – японку, рекомендованную хозяйкой дома, госпожой Касимой. Нисио знакомит Амели с другими божествами, рассказывает про ёкая Отороси – сверхъестественное существо, защищающее богов: волосатого горбатого зверя на четырёх лапах с внушительными зубами и когтями. Так Амели понимает, что есть на свете многое, чего она не видела, находясь без движения.

Приезд бабушки даёт толчок к проявлению речевых способностей девочки: она начинает говорить сразу же, мгновенно. Не «папа» или «мама», а сразу «пылесос» – и тут же произносит связные фразы, будто готовилась к этому все свои два с половиной года, чем приводит в изумление не только родителей, но и брата с сестрой (с которыми у неё потом возникнут свои отдельные конфликты). Благодаря заботе Нисио и бабушки Амели постепенно привыкает к окружающему миру и узнаёт его сложности. Она знакомится со смертью, когда любимая бабушка уезжает обратно в Европу и вскоре умирает, а Нисио открывает для неё не только японскую культуру, природу, но даже написание иероглифов («первая часть имени "аме" по-японски значит "дождь"»). Домработница рассказывает свою историю: в детстве она подверглась бомбардировкам. На контрасте сюжет об ужасах войны рифмуется с приготовлением супа – шинкованием, забрасыванием в воду различных ингредиентов и отрубанием головы рыбе. Это эффектные моменты в картине, начало которой не предупреждало зрителя, что «Амели…» окажется ещё и серьёзным антивоенным высказыванием, а не просто романом взросления.



Есть в повествовании и ещё один немаловажный слой – линия различий и сходств восточной и западной культур. Касима увольняет домработницу Нисио за излишнюю привязанность к европейской семье: «Привязываясь к ней, ты предаёшь свой народ. Ты забыла, что они сделали с нашей культурой?» В бельгийской семье как будто принято бегать, кричать и громко смеяться, что контрастирует с бытом госпожи Касимы. Недаром супруги Нотомб смущены и даже напуганы тем, что детский кубик вылетел из окна и попал на лужайку, где прогуливалась хозяйка. Как замечает маленькая Амели, «госпожа Касима, должно быть, страдает от сдержанности».

Писательница Амели Нотомб приобрела известность именно благодаря столкновению азиатского и европейского менталитетов. Но фильм «Маленькая Амели» прекрасен не этим: в нём акценты на различиях культур приглушены, зато поэтичность киноязыка выкручена на полную. Может быть, это даже хорошо, что этот взрослый мультфильм не попал в воронку «оскаровского» хайпа – так ему и нам будет уютнее.

---

Родион Чемонин
Фото: kinopoisk.ru