Большая Евразия

Анализируя итоги XIII саммита Организации тюркских государств (ОТГ), прошедшего в Анкаре (Турецкая Республика), эксперты констатируют: растущие амбиции объединения в сферах торговли, транспорта, энергетики и безопасности открыли перед Казахстаном не только новые перспективы, но и поставили серьезные вызовы. Главная задача для Астаны сейчас — трансформировать политические декларации в реальные экономические дивиденды, сохранив при этом независимый курс внешней политики. Об этом пишет Нагима Абуова в статье для The Astana Times.

---

Как отметили эксперты в интервью The Astana Times, ключевое значение для развития организации имеют способность Казахстана трансформировать политические обязательства в практические экономические выгоды, укрепление региональной взаимосвязанности и сохранение независимых внешнеполитических приоритетов.


«Наибольший потенциал объединения заключается в том, чтобы дополнять существующие структуры и расширять стратегический выбор, доступный его участникам. Для Казахстана реальная возможность состоит в том, чтобы трансформировать тюркскую солидарность в большую экономическую устойчивость, более прочную региональную взаимосвязанность и рост дипломатического влияния при сохранении своей стратегической автономии», — сообщил он.

В повестку саммита, прошедшего под председательством президента Турции Реджепа Тайипа Эрдогана под лозунгом «Век тюрков: единство в языке, мыслях и делах», стороны включили вопросы сотрудничества в политической, экономической и гуманитарной сферах. Турция приняла председательство в ОТГ от Азербайджана; лидеры подписали Анкарскую декларацию и обсудили институциональное развитие организации, включая назначение нового генерального секретаря.


Институциональное расширение и приоритеты реализации

Жанибек Арынов, ассистент-профессор Назарбаев Университета, охарактеризовал ОТГ как один из самых активных региональных институтов с участием Казахстана, отметив расширение деятельности организации за последние пять-шесть лет. Сегодня её повестка охватывает торговлю, инвестиции, транспорт, энергетику, образование и культурные обмены, что подкрепляется дополнительными соглашениями и механизмами диалога.

По словам Арынова, подход Казахстана остается прагматичным, а участие страны сосредоточено на тех областях, которые соответствуют ее национальным интересам. Растущее число инициатив открыло дополнительные возможности для сотрудничества, хотя ограниченные ресурсы и институциональный потенциал организации могут повлиять на их реализацию.


Жуматай также подчеркнул необходимость преобразования институционального развития в конкретные экономические результаты. Такие инициативы, как Тюркский инвестиционный фонд, развитие инноваций и цифровизации, а также создание региональной инфраструктуры, способны способствовать диверсификации экономики Казахстана. Однако их эффективность зависит от наличия финансирования, координации между институтами и распределения выгод между участвующими странами.


Различные национальные приоритеты внутри ОТГ

Страны — участницы организации заинтересованы в расширении сотрудничества, однако их ожидания относительно политического, экономического и оборонного взаимодействия различаются. Эти различия повлияли как на перспективы выработки общих позиций по чувствительным международным вопросам, так и на темпы институционального развития ОТГ.

Айдана Аби, исследователь, специализирующаяся на деятельности ОТГ и региональном сотрудничестве, обратила внимание на результаты исследования подходов Казахстана, Азербайджана и Турции, которое выявило различия в их приоритетах в сфере тюркского взаимодействия.


«Безусловно, эти различия определяют, насколько далеко и быстро может продвинуться формирование общей повестки. Существует достаточное количество общих точек соприкосновения по взаимодействию в сфере транспорта, торговли, инвестиций, энергетики и образования. Однако прийти к консенсусу оказывается гораздо труднее, если взаимодействие касается деликатных внешнеполитических позиций или расширения военных обязательств», — пояснила она.

По словам Аби, странам-участницам удавалось урегулировать разногласия посредством компромиссов и взаимных уступок, что позволяло продолжать сотрудничество в областях, где их интересы совпадают. Дальнейшее развитие организации поставлено в зависимость от способности укреплять достигнутые договорённости, не требуя от всех участников единства позиций по более широкому кругу геополитических вопросов.

Со своей стороны Арынов подчеркнул, что активная роль Турции в ОТГ не означает, что Анкара обязательно влияет на внешнеполитические решения других участников. Он указал на несовпадение позиций по Израилю и самопровозглашенной Турецкой Республике Северного Кипра.

Жуматай обозначил более тесную координацию между центральноазиатскими игроками как способ усиления их участия в принятии региональных решений. По его мнению, Казахстан, Узбекистан и Кыргызская Республика могли бы вырабатывать общие позиции по вопросам транспортной взаимосвязанности, водной и энергетической безопасности, упрощения процедур торговли и диверсификации промышленности, что подкреплялось бы совместным формированием повестки дня и сбалансированным представительством в институтах организации.

Он также подчеркнул, что сотрудничество в рамках ОТГ должно дополнять существующие международные партнёрства Казахстана, а не становиться альтернативой отношениям с Россией, Китаем, Европейским союзом и США.

«Общая тюркская идентичность обеспечивает важную основу для сотрудничества, но Центральная Азия — это разнообразный регион, чьи экономические интересы и интересы в сфере безопасности выходят за рамки языковых и культурных границ», — заявил Жуматай.

«Таджикистан и другие соседние государства, не являющиеся членами ОТГ, остаются важными для региональной взаимосвязанности, управления водными ресурсами, торговли и безопасности. Поэтому ОТГ должна дополнять более широкое центральноазиатское сотрудничество и избегать превращения в закрытый геополитический блок», — отметил он.


Транспортная взаимосвязанность и экономические выгоды

Транспортное и энергетическое сотрудничество возможно в сферах, где члены ОТГ имеют пересекающиеся экономические интересы, особенно в развитии Транскаспийского международного транспортного маршрута (ТМТМ), также известного как Срединный коридор. Обсуждения все больше концентрируются вокруг устранения узких мест в инфраструктуре, упрощения таможенных процедур и улучшения координации между странами-участницами.

«На мой взгляд, можно ожидать появления возможностей для дальнейшего развития Срединного коридора за счёт упрощения таможенных процедур, внедрения электронных разрешений на перевозки и улучшения координации железнодорожных перевозок и каспийского судоходства, — отметила Аби. — Коридор зелёной энергетики Казахстан — Узбекистан — Азербайджан также мог бы получить дополнительную политическую поддержку. При этом основными препятствиями остаются инфраструктурные узкие места, несогласованность нормативных требований, проблемы финансирования и координации. Анкара могла бы помочь, обеспечив более четкие обязательства по реализации проектов и установив сроки».

Жуматай подчеркнул, что оценивать преимущества Срединного коридора следует не только с точки зрения его роли транзитного маршрута между Азией и Европой. При анализе транспортных инвестиций следует также учитывать их вклад в диверсификацию экспорта, развитие отечественного производства и логистических мощностей, а также региональную экономическую интеграцию.

Аби, в свою очередь, отметила, что Казахстану необходимо уделять приоритетное внимание более легкому доступу к рынкам, производственным инвестициям и более активному участию частного сектора в выявлении практических препятствий для торговли. Улучшение транспортной доступности должно способствовать развитию местного бизнеса и региональных цепочек поставок, а не только приносить транзитные доходы, внося тем самым вклад в создание рабочих мест и развитие профессиональных навыков.


Сотрудничество в сфере безопасности и институциональные ограничения

ОТГ также расширила дискуссии по вопросам сотрудничества в сфере безопасности и оборонной промышленности, хотя страны-участницы сохраняют различные стратегические интересы и обязательства в рамках существующих структур безопасности.

Арынов отметил, что повестка дня организации в области безопасности традиционно была сосредоточена на нетрадиционных угрозах, включая терроризм, организованную преступность и вызовы, связанные с изменением климата.

Недавние обсуждения расширились, охватив оборонную промышленность и консультации между должностными лицами по вопросам безопасности, хотя перспективы более глубокой военной интеграции остаются ограниченными существующими обязательствами членов организации.


На неформальном саммите ОТГ, состоявшемся в мае в Туркестане, президент Казахстана Касым-Жомарт Токаев также подчеркнул, что организация не является геополитическим проектом или военным альянсом. При этом он сделал акцент на торговле, технологиях, цифровом развитии и гуманитарном сотрудничестве.

По мнению Арынова, более практичным форматом для инициатив, связанных с обороной, остаётся двустороннее взаимодействие. В качестве примеров он привёл существующее партнёрство Казахстана и Турции, а также договорённости с участием Узбекистана и Азербайджана.

Обсуждение вопросов оборонной промышленности получило продолжение в рамках площадок ОТГ, однако страны-участницы по-прежнему осторожно относятся к созданию общей военной структуры.

Жуматай посчитал более реалистичным направлением функциональное сотрудничество в сфере безопасности. Оно может включать кибербезопасность, борьбу с терроризмом, охрану границ, готовность к чрезвычайным ситуациям и защиту транспортной и энергетической инфраструктуры.

Он также указал на возможности совместного производства продукции оборонного назначения, технического обслуживания, передачи технологий и подготовки кадров. При этом, по его словам, основное внимание следует уделять развитию собственных промышленных возможностей, а не только наращиванию закупок вооружений.

«ОТГ следует избегать превращения в инструмент геополитической поляризации. Страны Центральной Азии в целом стремятся диверсифицировать внешние партнёрства, не отказываясь от сложившихся экономических связей и отношений в сфере безопасности. Поэтому открыто антироссийская или антикитайская повестка в области безопасности рискует подорвать само сотрудничество, которое ОТГ стремится развивать», — пояснил Жуматай.

По его словам, различия в стратегической направленности стран затруднили создание единой оборонной доктрины или принятие обязательств о взаимной обороне. Вместо этого организация могла бы содействовать обмену информацией, консультациям между структурами безопасности и координации действий по конкретным вызовам, не требуя от стран-участниц изменения уже существующих обязательств.

---

Иллюстрация: «Евразия сегодня», Leonardo.ai