Ближний Восток
Современное мифотворчество
24.02.2026 15:00:00
В Библиотеке им. Ф. М. Достоевского в Москве (Российская Федерация) прошла экспертная встреча в формате городского завтрака, организованная Российским советом по международным делам, на тему «Ближний Восток в зеркале мифов». Участники обсудили самые живучие мифы о Ближнем Востоке и то, насколько они далеки от реального положения дел. В частности, речь шла о том, так ли важна арабская нефть для США, действительно ли Израиль создан благодаря Холокосту и какова была реальная роль западной культуры в Иране до Исламской революции.
Важнейший политический игрок в регионе – это США. Уже со второй половины XX века Вашингтон прочно закрепился среди главных акторов на Ближнем Востоке. Нередко можно услышать мнение, что лейтмотивом американской политики в регионе является доступ к углеводородам. Однако, по словам заместителя директора по научной работе Института США и Канады Андрея Евсеенко, такая трактовка чрезмерно упрощает реальную картину.
Страны Ближнего Востока уже давно перестали быть основным поставщиком нефти в Соединённые Штаты. Пик поставок нефти из региона пришелся на 2003 год. После этого ситуация начала постепенно меняться. В конце нулевых – начале десятых годов в США произошел скачок в технологиях по добыче нефти, получивший название «сланцевой революции», в результате которой США медленно, но верно сами превратились в одного из крупнейших производителей черного золота.
Тем не менее страна по-прежнему зависима от поставок углеводородов из-за рубежа, однако главный их поставщик находится отнюдь не на Ближнем Востоке, а в непосредственной географической близости к Вашингтону – это Канада. Нефть при этом является главной причиной дефицита торгового баланса Штатов со своим северным соседом: США покупают товаров у Канады больше, чем продают.
«Если посмотреть на структуру американского нефтяного импорта, крупнейшим поставщиком сырой нефти в Соединенные Штаты сегодня является Канада, которая поставляет около 60 % из всей нефти, поступающей в страну. Поэтому заявления Дональда Трампа о том, что Канаде было бы неплохо стать 51-м штатом, во многом связаны с его стремлением сократить торговый дисбаланс с Оттавой», – отметил Андрей Евсеенко.
По словам эксперта, интересы США на Ближнем Востоке определяются не столько желанием контролировать ресурсы, сколько стремлением обеспечить предсказуемость цен и безопасность транспортных маршрутов: «Высокие цены на нефть разгоняют инфляцию, а это сейчас проблема номер один для рядового американца. Низкие же цены смерти подобны для собственных американских нефтяных производителей. Это влечет за собой банкротства, потерю рабочих мест, что также будет негативно воспринято американскими избирателями», – рассказал ученый.
Говоря о Ближнем Востоке, невозможно обойти стороной Израиль. Еврейское государство с самого момента своего появления в 1948 году остается объектом многочисленных мифов, стереотипов и теорий заговора. В интернете, к примеру, периодически появляются утверждения, что Израиль якобы создаёт «шпионских» птиц или тренирует дельфинов для атак на своих противников в море, отметила Луиза Хлебникова, доцент кафедры иудаики Института стран Азии и Африки МГУ им. М. В. Ломоносова. По ее мнению, конспирологические сюжеты порой могут выглядеть смешно, однако самое опасное в конспирологии – это не абсурдность утверждений, а их последствия. Теории заговора, по ее словам, способны привести к расчеловечиванию целых групп населения и в конечном счете закладывают фундамент насилия.
Один из самых распространенных мифов, который звучит не только в общественных дискуссиях, но и в академической среде, – утверждение, что Израиль был создан исключительно из-за трагедии Холокоста, будто его появление стало следствием чувства вины Европы и США перед еврейским народом. По мнению Хлебниковой, такое представление не верно хотя бы потому, что еврейские протогосударственные институты стали появляться в Палестине уже в 20-е годы, когда Палестиной управляли британцы в рамках специального мандата, предоставленного Лигой Наций.
«Сионизм, то есть движение за создание еврейского государства в Палестине, начал развиваться еще в конце XIX века. В 1920-е годы в Палестине уже были различные еврейские партии, уже был профсоюз, были выборы, развивалась банковская система. Иными словами, государственное строительство началось до Холокоста», – рассказала Хлебникова.
Уже после окончания Второй мировой войны евреи составляли почти треть населения Палестины. В регионе остро встал вопрос создания еврейского государства. В 1947 году Лондон объявил о прекращении своего мандата и передал проблему на рассмотрение Организации Объединенных Наций. В ноябре того же года Генеральная Ассамблея ООН по итогам голосования приняла резолюцию 181 (II) о создании на территории Палестины двух государств – еврейского и арабского. По мнению Хлебниковой, чувство вины отнюдь не было решающим фактором при голосовании в Генассамблее.
«Фактор Холокоста не играл определяющую роль. Сочувствие евреям, естественно, обсуждалось, но это не определяло позицию государств по разделу Палестины. Прежде всего страны голосовали исходя из своих национальных, геостратегических и политических интересов», – отмечает исследователь. Любопытно, что и Советский Союз, и США, будучи соперниками, видели в создании Израиля шанс усилить свои позиции на Ближнем Востоке.
Также, по словам Хлебниковой, неверно утверждение, что сама идея разделить Палестину – это следствие Холокоста. «Это исторически некорректно», – отмечает исследователь. Первый план раздела Палестины был предложен британской комиссией Пиля в 1936–1937 годах на фоне арабского восстания против британского мандатного управления и роста еврейской иммиграции. Именно тогда стало понятно, что еврейское и арабское население не сможет ужиться в рамках единого государственного образования.
Сегодня карту Ближнего Востока невозможно представить без Исламской Республики Иран. Иран, каким мы знаем его сейчас, был таковым не всегда. Современные очертания страна приобрела в результате революции 1979 года. До этого страной правила династия Пехлеви, ориентированная на политическое сотрудничество с США. В культурном плане страна также равнялась на Запад. В сети можно наткнуться на многочисленные подборки фотографий, демонстрирующие Иран до революции. На этих снимках Тегеран напоминает типичную европейскую столицу, где по улицам щеголяют стильно и по-европейски одетые молодые люди, а витрины магазинов пестреют западными брендами. Глядя на подобные фотографии, можно сделать ложный вывод, будто бы шахский Иран был насквозь пронизан западной культурой, а нынешний Иран представляет собой воплощение мусульманских традиционных ценностей.
«Западный образ жизни затрагивал лишь узкую прослойку городского среднего класса», – отметил ученый-иранист, доцент Института классического Востока и античности НИУ ВШЭ Максим Алонцев. «Были 4–5 модных улиц в Тегеране со стильной молодежью, кинотеатрами, казино и так далее, но это было развлечением узкой прослойки – городского среднего класса», – пояснил эксперт. Однако, по словам ученого, и внутри этой узкой прослойки далеко не все были поклонниками западного образа жизни. Например, весьма состоятельная и влиятельная группа, связанная с базарами, – «базари», то есть торговцы, – напротив, отличалась достаточно консервативными взглядами.
«Давайте мы в Москве в пятницу вечером выйдем на улицу Покровка и сфотографируем, а потом поедем куда-нибудь ближе к МКАДу. И то, и то будет Москвой, – привел пример эксперт. – Вот и Иран как был, так и продолжает оставаться очень разным как до, так и после Исламской революции. С одной стороны, здесь как были, так и есть сторонники традиционных ценностей, а с другой – девушки танцуют под западную музыку в мини-юбках с той разницей, что сейчас это не демонстрируется публично».
Максим Алонцев также обратил внимание, что современный Иран отнюдь не является эталоном глубоко религиозного общества. Напротив, в последние годы сознание иранцев всё сильнее и сильнее секуляризируется. За последние годы в обществе выработалось довольно стойкое отторжение некоторых исламских норм: «Важным маркером здесь остается законодательство о хиджабе. С отменой этих законов и была связана волна протестов 2022 года. И после этого, пусть и тяжелой ценой, но начались некоторые изменения. Теперь за этим гораздо менее жестко следят, девушки ходят с непокрытыми головами, по крайней мере, в крупных городах. Аналогичная тенденция наблюдается и в отношении другого исламского запрета на продажу и употребление алкоголя – на него теперь тоже, как правило, смотрят сквозь пальцы», – рассказал Алонцев.
Иван Шапкин
Иллюстрация: «Евразия сегодня», Leonardo.ai, РСМД
Важнейший политический игрок в регионе – это США. Уже со второй половины XX века Вашингтон прочно закрепился среди главных акторов на Ближнем Востоке. Нередко можно услышать мнение, что лейтмотивом американской политики в регионе является доступ к углеводородам. Однако, по словам заместителя директора по научной работе Института США и Канады Андрея Евсеенко, такая трактовка чрезмерно упрощает реальную картину.
Страны Ближнего Востока уже давно перестали быть основным поставщиком нефти в Соединённые Штаты. Пик поставок нефти из региона пришелся на 2003 год. После этого ситуация начала постепенно меняться. В конце нулевых – начале десятых годов в США произошел скачок в технологиях по добыче нефти, получивший название «сланцевой революции», в результате которой США медленно, но верно сами превратились в одного из крупнейших производителей черного золота.
Тем не менее страна по-прежнему зависима от поставок углеводородов из-за рубежа, однако главный их поставщик находится отнюдь не на Ближнем Востоке, а в непосредственной географической близости к Вашингтону – это Канада. Нефть при этом является главной причиной дефицита торгового баланса Штатов со своим северным соседом: США покупают товаров у Канады больше, чем продают.
«Если посмотреть на структуру американского нефтяного импорта, крупнейшим поставщиком сырой нефти в Соединенные Штаты сегодня является Канада, которая поставляет около 60 % из всей нефти, поступающей в страну. Поэтому заявления Дональда Трампа о том, что Канаде было бы неплохо стать 51-м штатом, во многом связаны с его стремлением сократить торговый дисбаланс с Оттавой», – отметил Андрей Евсеенко.
По словам эксперта, интересы США на Ближнем Востоке определяются не столько желанием контролировать ресурсы, сколько стремлением обеспечить предсказуемость цен и безопасность транспортных маршрутов: «Высокие цены на нефть разгоняют инфляцию, а это сейчас проблема номер один для рядового американца. Низкие же цены смерти подобны для собственных американских нефтяных производителей. Это влечет за собой банкротства, потерю рабочих мест, что также будет негативно воспринято американскими избирателями», – рассказал ученый.
Говоря о Ближнем Востоке, невозможно обойти стороной Израиль. Еврейское государство с самого момента своего появления в 1948 году остается объектом многочисленных мифов, стереотипов и теорий заговора. В интернете, к примеру, периодически появляются утверждения, что Израиль якобы создаёт «шпионских» птиц или тренирует дельфинов для атак на своих противников в море, отметила Луиза Хлебникова, доцент кафедры иудаики Института стран Азии и Африки МГУ им. М. В. Ломоносова. По ее мнению, конспирологические сюжеты порой могут выглядеть смешно, однако самое опасное в конспирологии – это не абсурдность утверждений, а их последствия. Теории заговора, по ее словам, способны привести к расчеловечиванию целых групп населения и в конечном счете закладывают фундамент насилия.
Один из самых распространенных мифов, который звучит не только в общественных дискуссиях, но и в академической среде, – утверждение, что Израиль был создан исключительно из-за трагедии Холокоста, будто его появление стало следствием чувства вины Европы и США перед еврейским народом. По мнению Хлебниковой, такое представление не верно хотя бы потому, что еврейские протогосударственные институты стали появляться в Палестине уже в 20-е годы, когда Палестиной управляли британцы в рамках специального мандата, предоставленного Лигой Наций.
«Сионизм, то есть движение за создание еврейского государства в Палестине, начал развиваться еще в конце XIX века. В 1920-е годы в Палестине уже были различные еврейские партии, уже был профсоюз, были выборы, развивалась банковская система. Иными словами, государственное строительство началось до Холокоста», – рассказала Хлебникова.
Уже после окончания Второй мировой войны евреи составляли почти треть населения Палестины. В регионе остро встал вопрос создания еврейского государства. В 1947 году Лондон объявил о прекращении своего мандата и передал проблему на рассмотрение Организации Объединенных Наций. В ноябре того же года Генеральная Ассамблея ООН по итогам голосования приняла резолюцию 181 (II) о создании на территории Палестины двух государств – еврейского и арабского. По мнению Хлебниковой, чувство вины отнюдь не было решающим фактором при голосовании в Генассамблее.
«Фактор Холокоста не играл определяющую роль. Сочувствие евреям, естественно, обсуждалось, но это не определяло позицию государств по разделу Палестины. Прежде всего страны голосовали исходя из своих национальных, геостратегических и политических интересов», – отмечает исследователь. Любопытно, что и Советский Союз, и США, будучи соперниками, видели в создании Израиля шанс усилить свои позиции на Ближнем Востоке.
Также, по словам Хлебниковой, неверно утверждение, что сама идея разделить Палестину – это следствие Холокоста. «Это исторически некорректно», – отмечает исследователь. Первый план раздела Палестины был предложен британской комиссией Пиля в 1936–1937 годах на фоне арабского восстания против британского мандатного управления и роста еврейской иммиграции. Именно тогда стало понятно, что еврейское и арабское население не сможет ужиться в рамках единого государственного образования.
Сегодня карту Ближнего Востока невозможно представить без Исламской Республики Иран. Иран, каким мы знаем его сейчас, был таковым не всегда. Современные очертания страна приобрела в результате революции 1979 года. До этого страной правила династия Пехлеви, ориентированная на политическое сотрудничество с США. В культурном плане страна также равнялась на Запад. В сети можно наткнуться на многочисленные подборки фотографий, демонстрирующие Иран до революции. На этих снимках Тегеран напоминает типичную европейскую столицу, где по улицам щеголяют стильно и по-европейски одетые молодые люди, а витрины магазинов пестреют западными брендами. Глядя на подобные фотографии, можно сделать ложный вывод, будто бы шахский Иран был насквозь пронизан западной культурой, а нынешний Иран представляет собой воплощение мусульманских традиционных ценностей.
«Западный образ жизни затрагивал лишь узкую прослойку городского среднего класса», – отметил ученый-иранист, доцент Института классического Востока и античности НИУ ВШЭ Максим Алонцев. «Были 4–5 модных улиц в Тегеране со стильной молодежью, кинотеатрами, казино и так далее, но это было развлечением узкой прослойки – городского среднего класса», – пояснил эксперт. Однако, по словам ученого, и внутри этой узкой прослойки далеко не все были поклонниками западного образа жизни. Например, весьма состоятельная и влиятельная группа, связанная с базарами, – «базари», то есть торговцы, – напротив, отличалась достаточно консервативными взглядами.
«Давайте мы в Москве в пятницу вечером выйдем на улицу Покровка и сфотографируем, а потом поедем куда-нибудь ближе к МКАДу. И то, и то будет Москвой, – привел пример эксперт. – Вот и Иран как был, так и продолжает оставаться очень разным как до, так и после Исламской революции. С одной стороны, здесь как были, так и есть сторонники традиционных ценностей, а с другой – девушки танцуют под западную музыку в мини-юбках с той разницей, что сейчас это не демонстрируется публично».
Максим Алонцев также обратил внимание, что современный Иран отнюдь не является эталоном глубоко религиозного общества. Напротив, в последние годы сознание иранцев всё сильнее и сильнее секуляризируется. За последние годы в обществе выработалось довольно стойкое отторжение некоторых исламских норм: «Важным маркером здесь остается законодательство о хиджабе. С отменой этих законов и была связана волна протестов 2022 года. И после этого, пусть и тяжелой ценой, но начались некоторые изменения. Теперь за этим гораздо менее жестко следят, девушки ходят с непокрытыми головами, по крайней мере, в крупных городах. Аналогичная тенденция наблюдается и в отношении другого исламского запрета на продажу и употребление алкоголя – на него теперь тоже, как правило, смотрят сквозь пальцы», – рассказал Алонцев.
Иван Шапкин
Иллюстрация: «Евразия сегодня», Leonardo.ai, РСМД
Другие Актуальное
Криптоход Пакистана: новая зависимость или окно возможностей
Кристиан Каталиани: «Внедрение открытых и неразрешительных блокчейн-сетей дает Пакистану
уникальный шанс совершить технологический скачок, миновав устаревшие системы, и
догнать мировой финтех»
06.03.2026 20:25:05
От Диоскурии до Сухума, от крепости до морских ворот
Индира Барциц: «Торгово-экономические связи с внешним миром формировались здесь ещё в древности – более 2500 лет назад»
06.03.2026 11:57:27
Гражданин № 1
Леопольд Вайс: «Я открыл для себя другой ислам, не тот, о котором мне рассказывали в Европе, а тот, что практиковали сами мусульмане»
05.03.2026 21:36:24