Тумба Морриса
Взрослые игры
17.09.2026 10:00:00
В Театре кукол имени С. В. Образцова завершился III Международный фестиваль кукольников «Истоки». «Евразия сегодня» – информационный партнёр фестиваля. Шесть дней артисты, театралы, искусствоведы и простые зрители были погружены в атмосферу праздника непослушания. 12 серьёзных театров из России, Беларуси, Замбии и Иордании показывали, как играть с куклами, в куклы и про куклы. Родион Чемонин посмотрел несколько спектаклей и теперь может сказать: это не игрушки, не всегда весело и временами предназначено не для детей.
Можно подумать, что слово «кукольник» воспринимается артистами театра кукол не совсем положительно. Почти как «пожарник» для пожарных или «балерун» для балетных. Однако ж нет. На фестивале «Истоки» кукольники со всего мира будто забыли о словах и их значениях – главное эмоции. Они встречаются каждый день с такими объятиями и такими поцелуями, будто не виделись век; «милота» и «котики» – это нормально для них.
Впрочем, их можно понять. Кукольный театр – настолько узкая специализация, что международный фестиваль, проходящий раз в два года, кажется непозволительной роскошью, а потому даже каждая минута, проведённая в общении с коллегой с другого конца России, дорогого стоит. Художественный руководитель Калмыцкого театра кукол «Джангар» Зоя Хонхолджинова рассказала на открытии фестиваля во время пресс-подходов, что сейчас выпуск каждого спектакля можно сравнить с чудом, особенно для такого молодого театра, как «Джангар» (им исполнилось пять лет). Зоя поведала, что со спектаклем «Рикки-Тикки-Тави» вообще произошло таинство: если бы не Международный буддийский форум, прошедший в прошлом году в Калмыкии, они бы не познакомились с режиссёром Екатериной Ложкиной-Белевич, а та не узнала бы о существовании театра кукол в Элисте и не смогла бы осуществить свою давнюю мечту – поставить спектакль по Редьярду Киплингу.
Если вы помните, у Киплинга это была небольшая детская история в составе цикла «Книги джунглей» – про храброго мангуста, защитившего английскую семью от коварных змей и кобр, затаившихся в саду. У «Джангара» этот сюжет перерос в притчу о взаимодействии природы и человека.
Ещё до третьего звонка зрителей встречает внушительный прозрачный занавес (спектакль показали на Основной сцене Театра Образцова), на котором схематически изображены главные герои повествования; позже каждого из них будет выделять световая пушка. За занавесом можно разглядеть декорации в виде ступеней, напоминающих буддийский храм. Хотя, как мы помним, действие происходит в частном жилом доме в Индии, появляющаяся уже в самом начале Мать со светящимся лотосом в руках говорит, что не всё так просто в этой версии знакомого сюжета.
Мы видим ещё юного мангуста, для которого люди похожи на буддийские божества с большими головами. То, что они принимают его в своём доме, становится вхождением во взрослую жизнь, а потому первая инициация – защита сына хозяев от хищной змейки – оказывается своего рода посвящением. Появление кобр Нага и Нагайны (их играют сразу несколько человек), их перешёптывания и разговоры неизбежно вызывают ассоциации с «Макбетом» Шекспира, поэтому то, что первым погибает Наг, кажется более чем символичным. Ведь за ним последует более развёрнутое противостояние – между коварной Нагайной и маленьким Рикки. Для последнего решение разворошить гнездо с яйцами становится важным выбором: что важнее – закон природы или жизнь? В финальной битве участвуют даже не куклы, а актёры, которые, отбросив маски, бьются в танце на ступенях этого храма.
Кстати, о детях. На многих спектаклях, включая «Рикки-Тикки-Тави», стоит маркировка «12+» (хотя на некоторые можно было бы поставить возрастной ценз и выше), но в залы идут дети трёх-четырёх лет. То ли по наитию, то ли по инерции взрослые ведут своих маленьких сыновей и дочерей, не зная, что им может быть страшно, непонятно или скучно на таких спектаклях. Автор этих строк вспоминает, как он не любил в детстве кукольные театры, потому что сидеть среди галдящих детей и не слышать, что говорят артисты со сцены, – это был тот ещё опыт. Но, к чести Театра Образцова, стоит признать: его постоянные зрители и почитатели творчества труппы, а также те, кто доверяет вкусу устроителей фестиваля «Истоки», – люди понимающие и думающие. Так и с «Рикки-Тикки-Тави»: на удивление, даже маленькие дети внимали философствующим артистам и куклам и воспринимали происходящее на сцене со всей серьёзностью.
Так же серьёзно они относились и к постановке Калужского театра кукол «Ашуни. Сказка с рябиновой ветки», в которой рассказана трогательная и безумно красивая история о дружбе маленьких эльфов и чёрных ворон. Отдельного упоминания заслуживает удивительная постановка Нижнетагильского театра кукол «Каменный цветок», в которой к сказу Павла Бажова был присоединён ещё и «Горный мастер»; спектакль выполнен сразу в нескольких техниках, но основной стала работа с марионетками. Крошечные фигурки были настолько органичны, что зрители вставали с мест, чтобы лучше разглядеть происходящее на небольшой сцене, большую часть которой занимала внушительная гора.
А вот на спектакле петербургского «Кукольного формата», неоднократного лауреата «Золотой маски», привезшего «Миф о Земле», царило сплошное веселье. Ещё бы. В нём играючи были представлены мифы Древней Греции (древние греки нынче в моде): от создания Земли Геей до появления первых людей и наказания Прометея. Здесь все средства хороши: и мультипликация, и пантомима, и марионетки, и театр теней. Так что даже Кронос, поедающий своих детей, выглядел весело и беззаботно.
Это лишь несколько спектаклей, показанных на фестивале «Истоки», которые мы успели посмотреть. Все они разные: одни заслуживают более широких рецензий, другие – покороче, но всех их в этом году объединяет одно. Основную концепцию нынешнего фестиваля раскрыл главный режиссёр Театра Образцова Борис Константинов. «Мы выбирали по критерию – соответствие теме мифа. Миф – это начало, сказка – тоже начало; выбирали, попадает ли спектакль в ритм времени. И ещё в этом году мы добавили слово "автор". "Миф" и "автор" – то, как мы умеем переводить, что мы можем слышать оттуда, из старины, можем ли доносить это современным кукольным языком до зрителя». Смогли. Проверено.
Фото: пресс-служба Театра кукол С. В. Образцова, Полинария Яценко
Можно подумать, что слово «кукольник» воспринимается артистами театра кукол не совсем положительно. Почти как «пожарник» для пожарных или «балерун» для балетных. Однако ж нет. На фестивале «Истоки» кукольники со всего мира будто забыли о словах и их значениях – главное эмоции. Они встречаются каждый день с такими объятиями и такими поцелуями, будто не виделись век; «милота» и «котики» – это нормально для них.
Впрочем, их можно понять. Кукольный театр – настолько узкая специализация, что международный фестиваль, проходящий раз в два года, кажется непозволительной роскошью, а потому даже каждая минута, проведённая в общении с коллегой с другого конца России, дорогого стоит. Художественный руководитель Калмыцкого театра кукол «Джангар» Зоя Хонхолджинова рассказала на открытии фестиваля во время пресс-подходов, что сейчас выпуск каждого спектакля можно сравнить с чудом, особенно для такого молодого театра, как «Джангар» (им исполнилось пять лет). Зоя поведала, что со спектаклем «Рикки-Тикки-Тави» вообще произошло таинство: если бы не Международный буддийский форум, прошедший в прошлом году в Калмыкии, они бы не познакомились с режиссёром Екатериной Ложкиной-Белевич, а та не узнала бы о существовании театра кукол в Элисте и не смогла бы осуществить свою давнюю мечту – поставить спектакль по Редьярду Киплингу.
Если вы помните, у Киплинга это была небольшая детская история в составе цикла «Книги джунглей» – про храброго мангуста, защитившего английскую семью от коварных змей и кобр, затаившихся в саду. У «Джангара» этот сюжет перерос в притчу о взаимодействии природы и человека.
Ещё до третьего звонка зрителей встречает внушительный прозрачный занавес (спектакль показали на Основной сцене Театра Образцова), на котором схематически изображены главные герои повествования; позже каждого из них будет выделять световая пушка. За занавесом можно разглядеть декорации в виде ступеней, напоминающих буддийский храм. Хотя, как мы помним, действие происходит в частном жилом доме в Индии, появляющаяся уже в самом начале Мать со светящимся лотосом в руках говорит, что не всё так просто в этой версии знакомого сюжета.
Мы видим ещё юного мангуста, для которого люди похожи на буддийские божества с большими головами. То, что они принимают его в своём доме, становится вхождением во взрослую жизнь, а потому первая инициация – защита сына хозяев от хищной змейки – оказывается своего рода посвящением. Появление кобр Нага и Нагайны (их играют сразу несколько человек), их перешёптывания и разговоры неизбежно вызывают ассоциации с «Макбетом» Шекспира, поэтому то, что первым погибает Наг, кажется более чем символичным. Ведь за ним последует более развёрнутое противостояние – между коварной Нагайной и маленьким Рикки. Для последнего решение разворошить гнездо с яйцами становится важным выбором: что важнее – закон природы или жизнь? В финальной битве участвуют даже не куклы, а актёры, которые, отбросив маски, бьются в танце на ступенях этого храма.
Но не всё так мрачно. Здесь есть трусливая чучундра, всё время напоминающая зрителям, что не стоит выходить из комнаты и совершать ошибку. Есть обаятельный танцующий и поющий Дарзи (какая Индия без песен с танцами?). Детям любопытно, взрослым весело.
Кстати, о детях. На многих спектаклях, включая «Рикки-Тикки-Тави», стоит маркировка «12+» (хотя на некоторые можно было бы поставить возрастной ценз и выше), но в залы идут дети трёх-четырёх лет. То ли по наитию, то ли по инерции взрослые ведут своих маленьких сыновей и дочерей, не зная, что им может быть страшно, непонятно или скучно на таких спектаклях. Автор этих строк вспоминает, как он не любил в детстве кукольные театры, потому что сидеть среди галдящих детей и не слышать, что говорят артисты со сцены, – это был тот ещё опыт. Но, к чести Театра Образцова, стоит признать: его постоянные зрители и почитатели творчества труппы, а также те, кто доверяет вкусу устроителей фестиваля «Истоки», – люди понимающие и думающие. Так и с «Рикки-Тикки-Тави»: на удивление, даже маленькие дети внимали философствующим артистам и куклам и воспринимали происходящее на сцене со всей серьёзностью.
Так же серьёзно они относились и к постановке Калужского театра кукол «Ашуни. Сказка с рябиновой ветки», в которой рассказана трогательная и безумно красивая история о дружбе маленьких эльфов и чёрных ворон. Отдельного упоминания заслуживает удивительная постановка Нижнетагильского театра кукол «Каменный цветок», в которой к сказу Павла Бажова был присоединён ещё и «Горный мастер»; спектакль выполнен сразу в нескольких техниках, но основной стала работа с марионетками. Крошечные фигурки были настолько органичны, что зрители вставали с мест, чтобы лучше разглядеть происходящее на небольшой сцене, большую часть которой занимала внушительная гора.
А вот на спектакле петербургского «Кукольного формата», неоднократного лауреата «Золотой маски», привезшего «Миф о Земле», царило сплошное веселье. Ещё бы. В нём играючи были представлены мифы Древней Греции (древние греки нынче в моде): от создания Земли Геей до появления первых людей и наказания Прометея. Здесь все средства хороши: и мультипликация, и пантомима, и марионетки, и театр теней. Так что даже Кронос, поедающий своих детей, выглядел весело и беззаботно.
Это лишь несколько спектаклей, показанных на фестивале «Истоки», которые мы успели посмотреть. Все они разные: одни заслуживают более широких рецензий, другие – покороче, но всех их в этом году объединяет одно. Основную концепцию нынешнего фестиваля раскрыл главный режиссёр Театра Образцова Борис Константинов. «Мы выбирали по критерию – соответствие теме мифа. Миф – это начало, сказка – тоже начало; выбирали, попадает ли спектакль в ритм времени. И ещё в этом году мы добавили слово "автор". "Миф" и "автор" – то, как мы умеем переводить, что мы можем слышать оттуда, из старины, можем ли доносить это современным кукольным языком до зрителя». Смогли. Проверено.
Фото: пресс-служба Театра кукол С. В. Образцова, Полинария Яценко
Другие Новости
Общее завтра
Вахтанг Хикландзе: «Сохранение собственной идентичности»
17.09.2026 11:50:21