Единый блокчейн-контур для международных расчётов в ЕАЭС, ШОС и БРИКС: перспективы и возможности
10.09.2025 09:00:00
Выступление главы Российско-кыргызского фонда развития Артёма Новикова на сессии Восточного экономического форума обозначило одну из ключевых тенденций современного международного финансового взаимодействия: переход от фрагментарных и реактивных мер к системному и проактивному формированию инфраструктуры, обеспечивающей экономический суверенитет государств, объединённых в интеграционные блоки. Его призыв унифицировать финансовые регламенты ЕАЭС, ШОС и БРИКС, а также создать единые платежные контуры на основе блокчейна и цифровых валют, следует рассматривать не как декларацию намерений, а как отражение объективного давления внешней среды. Современные глобальные платежные системы показали свою уязвимость: доминирование узкого круга игроков и политизация транзакционной инфраструктуры создают риски, которые уже затронули десятки стран, передаёт Bugin Info.
Цифровые валюты центральных банков становятся одним из ключевых элементов этой архитектуры. По данным Банка международных расчётов, в 2024 году более 130 стран мира уже работали над проектами национальных цифровых валют, из них 36 находились на стадии пилотирования. Китайская цифровая валюта e-CNY используется в приграничной торговле с несколькими странами, включая Россию, а Банк России проводит испытания цифрового рубля. В этих условиях предложение объединить отдельные проекты в единый платежный контур на базе блокчейна отражает тенденцию к интеграции, которая могла бы вывести сотрудничество ЕАЭС, ШОС и БРИКС на новый уровень. При этом речь идет не просто о технологическом решении, но о формировании доверительной среды, где ликвидность обеспечивается коллективно, а транзакции защищены от внешнего политического вмешательства.
Особое внимание в выступлении Новикова было уделено криптоактивам. По данным Chainalysis, в 2023 году страны Центральной Азии и Россия вошли в число быстрорастущих рынков криптовалют по объёмам розничных и институциональных транзакций. Однако отсутствие единых правил создаёт ситуацию неопределенности: одни страны вводят строгие ограничения, другие пытаются легализовать рынок, третьи занимают выжидательную позицию. Предложение главы РКФР о создании регулируемых цифровых платформ с международным участием представляет собой попытку вывести крипторынок из «серой зоны», где риски мошенничества и непрозрачности часто превышают выгоды. Регулируемые платформы, интегрированные в общую систему расчетов, могли бы стать связующим звеном между традиционными банковскими институтами и новым сектором цифровых активов.
Важным элементом анализа является сама роль РКФР. Фонд, созданный в 2014 году Россией и Кыргызстаном, изначально выполнял функцию поддержки малого и среднего бизнеса, финансирования инфраструктурных и промышленных проектов. К 2025 году его портфель составил более 600 проектов общей стоимостью свыше 500 миллионов долларов. Однако Новиков предлагает переосмыслить миссию фонда: превратить его из посредника, распределяющего ресурсы, в стратегическую платформу, где интересы государства, бизнеса и международных партнёров пересекаются в формате долгосрочной кооперации. Такой подход соответствует более широкой логике региональной интеграции, где институты развития становятся не только источником финансирования, но и центрами формирования правил.
Переход к проактивной модели цифрового взаимодействия, о которой говорил Новиков, следует рассматривать в контексте мировой динамики. Азия действительно задаёт стандарты в области финтеха: 9 из 20 крупнейших мировых финтех-компаний по капитализации расположены в Китае, Индии и Сингапуре. Общий объём инвестиций в азиатский финтех в 2023 году превысил 45 миллиардов долларов. В этих условиях для стран ЕАЭС и ШОС вопрос стоит не только в том, чтобы догонять мировые тренды, но и встраиваться в них на равных правах, формируя собственные платформы и стандарты. Инициатива унификации финансовых регламентов между интеграционными объединениями может стать одним из инструментов такого встраивания.
Отдельно стоит отметить аспект доверия. Глобальные кризисы последних лет показали, что традиционные модели кооперации нередко оказываются недостаточными. Вопрос не только в том, чтобы обеспечить техническую возможность перевода средств, но и в том, чтобы гарантировать партнёрам стабильность правил игры. Если единый гарант ликвидности и унифицированные регламенты будут реализованы, это позволит снизить трансакционные издержки, которые по оценкам Всемирного банка в ряде случаев достигают 7-10% от суммы международных переводов. Для малого и среднего бизнеса это может стать критическим фактором конкурентоспособности.
Экономический суверенитет, о котором говорил Новиков, всё чаще рассматривается не как лозунг, а как прикладная категория. Для стран, вовлечённых в мировую торговлю, он означает способность самостоятельно контролировать ключевые элементы инфраструктуры: энергетику, транспорт и финансы. В ситуации, когда глобальные платформы могут быть использованы как инструмент давления, создание собственных цифровых решений становится частью стратегии национальной безопасности. С этой точки зрения предложение о блокчейн-контуре и криптоплатформах вписывается в концепцию «цифрового суверенитета», которую в последние годы активно обсуждают не только в России и Китае, но и в Европе.
Однако перед реализацией подобных идей остаётся целый ряд вызовов. Во-первых, правовая база. Унификация финансовых регламентов в рамках ЕАЭС до сих пор идёт медленно: между странами сохраняются различия в регулировании банковской деятельности, налоговой политике и контроле за движением капитала. Расширение этого процесса на ШОС и БРИКС потребует сложной дипломатической работы и поиска компромиссов. Во-вторых, технологическая совместимость. Национальные цифровые валюты создаются на разных архитектурных решениях, и вопрос их взаимодействия до сих пор не решён. По оценкам экспертов, на техническую интеграцию может уйти от 5 до 7 лет. В-третьих, доверие бизнеса. Чтобы предприниматели начали использовать новые контуры, они должны быть уверены в их надёжности и выгодности. Без этого любые инициативы рискуют остаться декларациями.
Тем не менее, дискуссия, начатая на Восточном экономическом форуме, указывает на сдвиг в подходах. Если раньше интеграционные объединения концентрировались на тарифах, торговых барьерах и инфраструктуре, то теперь фокус смещается в область цифровых финансов. Это соответствует глобальной логике: по данным McKinsey, к 2030 году до 40% всех международных расчётов будут проходить через цифровые валюты и блокчейн-платформы. Для стран ЕАЭС, ШОС и БРИКС это шанс сформировать собственный стандарт, а не адаптироваться к чужому.
Таким образом, выступление Артема Новикова можно рассматривать как концептуальное заявление о необходимости перехода от оборонительных мер к наступательной стратегии. Его ключевая мысль – действовать на опережение, а не ждать новых кризисов. В условиях, когда финансовая архитектура мира быстро меняется, именно способность создавать альтернативы и выстраивать мосты доверия на собственных условиях определит позиции государств в будущем. Российско-кыргызский фонд развития в этой схеме претендует на роль площадки, где идеи превращаются в институциональные решения, а национальные интересы увязываются с региональными и глобальными процессами. Это не только вопрос финансовой интеграции, но и вопрос политической субъектности в мире, где контроль над потоками капитала становится столь же важным, как контроль над потоками энергии или информации.
Иллюстрация: «Евразия сегодня», Midjourney
Цифровые валюты центральных банков становятся одним из ключевых элементов этой архитектуры. По данным Банка международных расчётов, в 2024 году более 130 стран мира уже работали над проектами национальных цифровых валют, из них 36 находились на стадии пилотирования. Китайская цифровая валюта e-CNY используется в приграничной торговле с несколькими странами, включая Россию, а Банк России проводит испытания цифрового рубля. В этих условиях предложение объединить отдельные проекты в единый платежный контур на базе блокчейна отражает тенденцию к интеграции, которая могла бы вывести сотрудничество ЕАЭС, ШОС и БРИКС на новый уровень. При этом речь идет не просто о технологическом решении, но о формировании доверительной среды, где ликвидность обеспечивается коллективно, а транзакции защищены от внешнего политического вмешательства.
Особое внимание в выступлении Новикова было уделено криптоактивам. По данным Chainalysis, в 2023 году страны Центральной Азии и Россия вошли в число быстрорастущих рынков криптовалют по объёмам розничных и институциональных транзакций. Однако отсутствие единых правил создаёт ситуацию неопределенности: одни страны вводят строгие ограничения, другие пытаются легализовать рынок, третьи занимают выжидательную позицию. Предложение главы РКФР о создании регулируемых цифровых платформ с международным участием представляет собой попытку вывести крипторынок из «серой зоны», где риски мошенничества и непрозрачности часто превышают выгоды. Регулируемые платформы, интегрированные в общую систему расчетов, могли бы стать связующим звеном между традиционными банковскими институтами и новым сектором цифровых активов.
Важным элементом анализа является сама роль РКФР. Фонд, созданный в 2014 году Россией и Кыргызстаном, изначально выполнял функцию поддержки малого и среднего бизнеса, финансирования инфраструктурных и промышленных проектов. К 2025 году его портфель составил более 600 проектов общей стоимостью свыше 500 миллионов долларов. Однако Новиков предлагает переосмыслить миссию фонда: превратить его из посредника, распределяющего ресурсы, в стратегическую платформу, где интересы государства, бизнеса и международных партнёров пересекаются в формате долгосрочной кооперации. Такой подход соответствует более широкой логике региональной интеграции, где институты развития становятся не только источником финансирования, но и центрами формирования правил.
Переход к проактивной модели цифрового взаимодействия, о которой говорил Новиков, следует рассматривать в контексте мировой динамики. Азия действительно задаёт стандарты в области финтеха: 9 из 20 крупнейших мировых финтех-компаний по капитализации расположены в Китае, Индии и Сингапуре. Общий объём инвестиций в азиатский финтех в 2023 году превысил 45 миллиардов долларов. В этих условиях для стран ЕАЭС и ШОС вопрос стоит не только в том, чтобы догонять мировые тренды, но и встраиваться в них на равных правах, формируя собственные платформы и стандарты. Инициатива унификации финансовых регламентов между интеграционными объединениями может стать одним из инструментов такого встраивания.
Азия действительно задаёт стандарты в области финтеха: 9 из 20 крупнейших мировых финтех-компаний по капитализации расположены в Китае, Индии и Сингапуре. Общий объём инвестиций в азиатский финтех в 2023 году превысил 45 миллиардов долларов.
Отдельно стоит отметить аспект доверия. Глобальные кризисы последних лет показали, что традиционные модели кооперации нередко оказываются недостаточными. Вопрос не только в том, чтобы обеспечить техническую возможность перевода средств, но и в том, чтобы гарантировать партнёрам стабильность правил игры. Если единый гарант ликвидности и унифицированные регламенты будут реализованы, это позволит снизить трансакционные издержки, которые по оценкам Всемирного банка в ряде случаев достигают 7-10% от суммы международных переводов. Для малого и среднего бизнеса это может стать критическим фактором конкурентоспособности.
Экономический суверенитет, о котором говорил Новиков, всё чаще рассматривается не как лозунг, а как прикладная категория. Для стран, вовлечённых в мировую торговлю, он означает способность самостоятельно контролировать ключевые элементы инфраструктуры: энергетику, транспорт и финансы. В ситуации, когда глобальные платформы могут быть использованы как инструмент давления, создание собственных цифровых решений становится частью стратегии национальной безопасности. С этой точки зрения предложение о блокчейн-контуре и криптоплатформах вписывается в концепцию «цифрового суверенитета», которую в последние годы активно обсуждают не только в России и Китае, но и в Европе.
Однако перед реализацией подобных идей остаётся целый ряд вызовов. Во-первых, правовая база. Унификация финансовых регламентов в рамках ЕАЭС до сих пор идёт медленно: между странами сохраняются различия в регулировании банковской деятельности, налоговой политике и контроле за движением капитала. Расширение этого процесса на ШОС и БРИКС потребует сложной дипломатической работы и поиска компромиссов. Во-вторых, технологическая совместимость. Национальные цифровые валюты создаются на разных архитектурных решениях, и вопрос их взаимодействия до сих пор не решён. По оценкам экспертов, на техническую интеграцию может уйти от 5 до 7 лет. В-третьих, доверие бизнеса. Чтобы предприниматели начали использовать новые контуры, они должны быть уверены в их надёжности и выгодности. Без этого любые инициативы рискуют остаться декларациями.
Тем не менее, дискуссия, начатая на Восточном экономическом форуме, указывает на сдвиг в подходах. Если раньше интеграционные объединения концентрировались на тарифах, торговых барьерах и инфраструктуре, то теперь фокус смещается в область цифровых финансов. Это соответствует глобальной логике: по данным McKinsey, к 2030 году до 40% всех международных расчётов будут проходить через цифровые валюты и блокчейн-платформы. Для стран ЕАЭС, ШОС и БРИКС это шанс сформировать собственный стандарт, а не адаптироваться к чужому.
Таким образом, выступление Артема Новикова можно рассматривать как концептуальное заявление о необходимости перехода от оборонительных мер к наступательной стратегии. Его ключевая мысль – действовать на опережение, а не ждать новых кризисов. В условиях, когда финансовая архитектура мира быстро меняется, именно способность создавать альтернативы и выстраивать мосты доверия на собственных условиях определит позиции государств в будущем. Российско-кыргызский фонд развития в этой схеме претендует на роль площадки, где идеи превращаются в институциональные решения, а национальные интересы увязываются с региональными и глобальными процессами. Это не только вопрос финансовой интеграции, но и вопрос политической субъектности в мире, где контроль над потоками капитала становится столь же важным, как контроль над потоками энергии или информации.
Иллюстрация: «Евразия сегодня», Midjourney
Другие Актуальное
Тайна дамасской стали
Том Меткалф: «Говорили, что мечи из дамасской стали были острее и прочнее тяжелых клинков крестоносцев, оставаясь при этом легкими и маневренными»
10.03.2026 17:17:26
В тени восточного платана
Рашид Алимов: «...Если у человека есть внутренний стержень, который не сгибается под ветрами перемен, его жизнь обретает устойчивость и продолжение»
10.03.2026 14:35:29
Между Шанхаем и Дубаем: роль цифрового юаня в новой архитектуре международных расчётов
Полина Саунина: «Цифровой юань является не только современным платёжным средством, но и частью стратегии КНР по усилению влияния страны на мировой арене»
10.03.2026 14:30:10