Большая Евразия
Лам и его соседи
22.06.2026 15:00:00
В январе этого года генеральный секретарь Центрального комитета Коммунистической партии Вьетнама То Лам был переизбран на новый срок, а в прошлом месяце занял ещё и пост президента страны. Он стал первым вьетнамским руководителем с 1986 года, который получил обе должности. Это окончательно утвердило его полномочия для проведения масштабных реформ и формирования внешней политики государства, а также превратило То Лама в одного из самых влиятельных лидеров Юго-Восточной Азии – настоящая перемена после десятилетий внутренней борьбы в высших эшелонах власти. «Евразия сегодня» представляет перевод статьи Занни Минтон Беддос для журнала The Economist об укреплении авторитарных режимов в материковой части Юго-Восточной Азии.
Консолидация власти То Ламом – часть более широкой тенденции, охватившей регион, который некогда называли Индокитайским полуостровом, а теперь именуют материковой Юго-Восточной Азией. От Вьетнама на востоке до Камбоджи, Таиланда и Мьянмы на западе местные «крепкие орешки» приступили к обновлению собственных режимов. После многих лет потрясений эти перемены в разной степени ставят их правление на более прочную основу.
Первой это сделала Камбоджа. Её правящая Народная партия, которую после свержения «красных кхмеров» в 1979 году привели к власти вьетнамские коммунисты, с 2023 года проводит смену поколений в руководстве. Хун Сен, занимавший пост премьер-министра с 1985 года, уступил место своему сыну Хун Манету. Тогда же большинство министров из старого кабинета передали свои посты собственным сыновьям. Воинственный экс-премьер и сейчас остаётся влиятельной фигурой, однако лицом режима стал его отпрыск, отличающийся куда более мягкими манерами и пользующийся большей популярностью в народе. Пограничные стычки с таиландскими войсками в прошлом году вызвали всплеск национализма, который сплотил страну вокруг Манета.
Пограничный конфликт помог укрепить позиции и тайских «ястребов». В январе премьер-министр Таиланда Анутин Чарнвиракул на волне национализма одержал победу на досрочных выборах – первый в нынешнем столетии успех консерваторов. В отличие от соседей, Таиланд не является однопартийным государством, однако армия и монархия давно прибегают к переворотам или манипуляциям с правилами, чтобы не допускать популистов и либералов к рычагам управления. «У Таиланда сейчас есть то, чего не было в прошлом, – политическая стабильность, – отмечает Титинан Понгсудирак из Университета Чулалонгкорна в Бангкоке. – И она существует потому, что консервативные партии, наконец, выиграли выборы». Лёгкий в общении и обаятельный премьер-министр Анутин способен побеждать на выборах – в отличие от грозных генералов, находившихся у власти до него.
Признаки обновления режима заметны даже в Мьянме, где в декабре и январе на протяжении нескольких недель шли фиктивные выборы. Захватившая власть после переворота 2021 года хунта отстранила от голосования все партии, которые её не поддерживали; к тому же провести выборы на половине территории, утраченной армией после прихода к власти, было попросту невозможно. Однако, по словам Мин Зина из Института стратегии и политики (мьянманского аналитического центра), последовавшие за этим кадровые перестановки сослужили военному правительству хорошую службу. Они позволили старшему генералу Мин Аун Хлайну вытеснить старых противников и вознаградить лояльных военных местами в новом законодательном органе и кабинете министров. Мьянма по-прежнему охвачена насилием, но её правящие генералы, как и их соседи, так или иначе сумели обеспечить себе новый мандат. Сегодня каждый из этих режимов выглядит устойчивее, чем раньше.
В ближайшие месяцы всё внимание лидеров будет приковано к энергетическому шоку, вызванному военным конфликтом на Ближнем Востоке. Страны материковой Юго-Восточной Азии пострадали достаточно серьёзно. Дефицит топлива обернулся длинными очередями на заправках и повсеместным ростом тарифов на электричество. К тому же эти страны – одни из первых аграрных экономик, вступающих в посевной сезон после закрытия Ормузского пролива. Если часть полей останется незасеянной из-за нехватки удобрений и дороговизны горючего, к концу года регион может столкнуться с нехваткой продовольствия. А одновременный скачок цен на энергоносители и продукты – верный путь к народным волнениям.
Ещё один долгосрочный вызов – выстраивание отношений с Китаем. Страны материковой Юго-Восточной Азии традиционно глубже других вплетены в китайские цепочки поставок, что даёт Пекину мощные рычаги давления. Усугубляет ситуацию и политика Вашингтона: в прошлом году, вводя пошлины почти против всего мира, Дональд Трамп обрушил особенно жёсткие ограничения именно на Индокитай.
Напрашивается очевидное решение обеих проблем – более тесная хозяйственная интеграция внутри региона. Собственные запасы газа и гидроэлектроэнергия с могучих рек способны заменить значительную часть топлива, которое сегодня везут с Ближнего Востока. Если убрать нетарифные барьеры, взаимная торговля пойдёт живее, и это поможет ослабить чрезмерную зависимость от китайского рынка. Беда в том, что, хотя внутри стран правящие режимы укрепились, отношения между ними далеки от стабильности. Тлеющий пограничный конфликт Камбоджи и Таиланда, а также гражданская война вдоль границ Мьянмы – только самые острые из препятствий. Не менее серьёзная помеха – привычка государств жёстко контролировать экономику и защищать своих производителей; в Мьянме и Вьетнаме такой хозяйственный национализм идёт рука об руку с авторитаризмом. На недавней встрече лидеров АСЕАН участники в очередной раз обсудили, как теснее увязать энергетические рынки, но после 15 лет разговоров снова разошлись, так ни о чём и не договорившись.
То Лам, судя по всему, отдаёт себе отчёт в этих вызовах. Его внутренние реформы нацелены на поддержку частного сектора, а во внешней политике он делает ставку на более тесную интеграцию стран АСЕАН. Он мог бы сыграть полезную роль и в улаживании разногласий между Камбоджей и Таиландом – тем более что между его партией и партией Хун Манета давно сложились добрые отношения. Необычная деталь для вьетнамского партийного вождя: бывший министр общественной безопасности и ценитель оперы с неожиданным усердием погрузился в дипломатию. Сразу после переизбрания он посетил Камбоджу, а затем прилетел в Бангкок для переговоров с Анутином. Успешная миротворческая миссия превратила бы То Лама в фактического лидера Юго-Восточной Азии.
Перевод Юлии Рождественской
Иллюстрация: «Евразия сегодня», Leonardo.ai
Консолидация власти То Ламом – часть более широкой тенденции, охватившей регион, который некогда называли Индокитайским полуостровом, а теперь именуют материковой Юго-Восточной Азией. От Вьетнама на востоке до Камбоджи, Таиланда и Мьянмы на западе местные «крепкие орешки» приступили к обновлению собственных режимов. После многих лет потрясений эти перемены в разной степени ставят их правление на более прочную основу.
Первой это сделала Камбоджа. Её правящая Народная партия, которую после свержения «красных кхмеров» в 1979 году привели к власти вьетнамские коммунисты, с 2023 года проводит смену поколений в руководстве. Хун Сен, занимавший пост премьер-министра с 1985 года, уступил место своему сыну Хун Манету. Тогда же большинство министров из старого кабинета передали свои посты собственным сыновьям. Воинственный экс-премьер и сейчас остаётся влиятельной фигурой, однако лицом режима стал его отпрыск, отличающийся куда более мягкими манерами и пользующийся большей популярностью в народе. Пограничные стычки с таиландскими войсками в прошлом году вызвали всплеск национализма, который сплотил страну вокруг Манета.
Пограничный конфликт помог укрепить позиции и тайских «ястребов». В январе премьер-министр Таиланда Анутин Чарнвиракул на волне национализма одержал победу на досрочных выборах – первый в нынешнем столетии успех консерваторов. В отличие от соседей, Таиланд не является однопартийным государством, однако армия и монархия давно прибегают к переворотам или манипуляциям с правилами, чтобы не допускать популистов и либералов к рычагам управления. «У Таиланда сейчас есть то, чего не было в прошлом, – политическая стабильность, – отмечает Титинан Понгсудирак из Университета Чулалонгкорна в Бангкоке. – И она существует потому, что консервативные партии, наконец, выиграли выборы». Лёгкий в общении и обаятельный премьер-министр Анутин способен побеждать на выборах – в отличие от грозных генералов, находившихся у власти до него.
Признаки обновления режима заметны даже в Мьянме, где в декабре и январе на протяжении нескольких недель шли фиктивные выборы. Захватившая власть после переворота 2021 года хунта отстранила от голосования все партии, которые её не поддерживали; к тому же провести выборы на половине территории, утраченной армией после прихода к власти, было попросту невозможно. Однако, по словам Мин Зина из Института стратегии и политики (мьянманского аналитического центра), последовавшие за этим кадровые перестановки сослужили военному правительству хорошую службу. Они позволили старшему генералу Мин Аун Хлайну вытеснить старых противников и вознаградить лояльных военных местами в новом законодательном органе и кабинете министров. Мьянма по-прежнему охвачена насилием, но её правящие генералы, как и их соседи, так или иначе сумели обеспечить себе новый мандат. Сегодня каждый из этих режимов выглядит устойчивее, чем раньше.
Тем не менее, перед этими правительствами стоят две большие проблемы: одна краткосрочная, другая – долгосрочная. Справятся ли с ними обновлённые авторитарные режимы – пока неясно.
В ближайшие месяцы всё внимание лидеров будет приковано к энергетическому шоку, вызванному военным конфликтом на Ближнем Востоке. Страны материковой Юго-Восточной Азии пострадали достаточно серьёзно. Дефицит топлива обернулся длинными очередями на заправках и повсеместным ростом тарифов на электричество. К тому же эти страны – одни из первых аграрных экономик, вступающих в посевной сезон после закрытия Ормузского пролива. Если часть полей останется незасеянной из-за нехватки удобрений и дороговизны горючего, к концу года регион может столкнуться с нехваткой продовольствия. А одновременный скачок цен на энергоносители и продукты – верный путь к народным волнениям.
Ещё один долгосрочный вызов – выстраивание отношений с Китаем. Страны материковой Юго-Восточной Азии традиционно глубже других вплетены в китайские цепочки поставок, что даёт Пекину мощные рычаги давления. Усугубляет ситуацию и политика Вашингтона: в прошлом году, вводя пошлины почти против всего мира, Дональд Трамп обрушил особенно жёсткие ограничения именно на Индокитай.
Напрашивается очевидное решение обеих проблем – более тесная хозяйственная интеграция внутри региона. Собственные запасы газа и гидроэлектроэнергия с могучих рек способны заменить значительную часть топлива, которое сегодня везут с Ближнего Востока. Если убрать нетарифные барьеры, взаимная торговля пойдёт живее, и это поможет ослабить чрезмерную зависимость от китайского рынка. Беда в том, что, хотя внутри стран правящие режимы укрепились, отношения между ними далеки от стабильности. Тлеющий пограничный конфликт Камбоджи и Таиланда, а также гражданская война вдоль границ Мьянмы – только самые острые из препятствий. Не менее серьёзная помеха – привычка государств жёстко контролировать экономику и защищать своих производителей; в Мьянме и Вьетнаме такой хозяйственный национализм идёт рука об руку с авторитаризмом. На недавней встрече лидеров АСЕАН участники в очередной раз обсудили, как теснее увязать энергетические рынки, но после 15 лет разговоров снова разошлись, так ни о чём и не договорившись.
То Лам, судя по всему, отдаёт себе отчёт в этих вызовах. Его внутренние реформы нацелены на поддержку частного сектора, а во внешней политике он делает ставку на более тесную интеграцию стран АСЕАН. Он мог бы сыграть полезную роль и в улаживании разногласий между Камбоджей и Таиландом – тем более что между его партией и партией Хун Манета давно сложились добрые отношения. Необычная деталь для вьетнамского партийного вождя: бывший министр общественной безопасности и ценитель оперы с неожиданным усердием погрузился в дипломатию. Сразу после переизбрания он посетил Камбоджу, а затем прилетел в Бангкок для переговоров с Анутином. Успешная миротворческая миссия превратила бы То Лама в фактического лидера Юго-Восточной Азии.
Перевод Юлии Рождественской
Иллюстрация: «Евразия сегодня», Leonardo.ai
Другие Актуальное
Месть, поданная в разбитом виде
Родион Чемонин: «Разгадка кроется в названии»
23.06.2026 13:35:59
Спастись нельзя остаться
Родион Чемонин: «Добро и зло меняются местами»
22.06.2026 16:33:24