Геополитический сценарий
Дипломатия баланса
12.10.2026 16:00:00
Завершившиеся общеполитические дебаты 81-й сессии Генеральной Ассамблеи ООН наглядно продемонстрировали филигранную дипломатическую эквилибристику стран Центральной Азии. В формирующемся многополярном мире «центральноазиатская пятерка» оказалась в крайне деликатном положении: лидерам региона необходимо выстраивать прагматичные отношения с Вашингтоном и Пекином, не ставя при этом под удар глубокие исторические, экономические и политические связи с Москвой. Об этом пишет Бимал Адхикари в статье для The Diplomat.
Всего за три недели до нью-йоркских встреч, в конце августа — начале сентября, Кыргызстан принимал юбилейный, 25-й саммит Шанхайской организации сотрудничества (ШОС). Четыре из пяти государств региона — Казахстан, Кыргызстан, Таджикистан и Узбекистан — входят в организацию, тогда как нейтральный Туркменистан регулярно участвует во встречах в качестве гостя. На Западе ШОС традиционно воспринимают как инструмент Москвы и Пекина для сдерживания влияния США в Евразии, и итоговая Бишкекская декларация дала Вашингтону немало поводов для недовольства: от жесткого осуждения ударов по Ирану до критики «односторонних принудительных мер».
В совокупности эти две дипломатические площадки обнажают четкое разделение ролей во внешней политике Центральной Азии. В рамках региональных форматов вроде ШОС столицы вторят антизападной риторике Москвы и Пекина, по двусторонним каналам наводят мосты с Белым домом через конкретные сделки, а с трибуны Генассамблеи ООН стараются не произносить ничего, что могло бы задеть хоть одного из трех гигантов.
Этот баланс заметен даже по уровню представительства. Саммит ШОС лично посетили президенты Касым-Жомарт Токаев, Эмомали Рахмон, Шавкат Мирзиёев и Садыр Жапаров, разделив площадку с Си Цзиньпином, Владимиром Путиным и Нарендрой Моди. Три недели спустя до Нью-Йорка добрался лишь Жапаров (сделав попутную остановку в американском штате Юта). Впрочем, если годом ранее на юбилейную 80-ю сессию Генассамблеи прибыли все пять лидеров региона, то в этот раз дебаты пропустили также Си Цзиньпин и Моди — китайский лидер в эти же дни находился с государственным визитом в Вашингтоне.
Однако скромное присутствие в Нью-Йорке отнюдь не означает крен исключительно в сторону восточных соседей. Так, Казахстан поддержал резолюцию Совета Безопасности 2803, принятую в конце 2025 года в поддержку мирного плана Трампа по Газе и учрежденного им «Совета мира» (где состоит сам Токаев), несмотря на то что Россия и Китай при голосовании воздержались. Астана, объявившая о присоединении к «Соглашениям Авраама», уже 24 сентября приняла участие в своей первой встрече в рамках этого формата в Нью-Йорке. Жапаров же, хоть и озвучил с трибуны ООН претензии ШОС по поводу западных санкций, отдельно поблагодарил Трампа за сокращение финансирования зарубежных НКО.
Пекин, со своей стороны, отвечает объемами торговли, с которыми США конкурировать не могут. Си Цзиньпин совмеcтил участие в бишкекском саммите с госвизитом в Кыргызстан, пообещав создать центр ШОС по сотрудничеству в сфере искусственного интеллекта и профинансировать 100 совместных технологических проектов за три года. Китай уже закрепился в статусе ключевого торгового партнера региона с рекордным товарооборотом в 106 миллиардов долларов за прошлый год, а в Бишкеке вся «центральноазиатская четверка» подтвердила приверженность инициативе «Один пояс, один путь». Острое соперничество двух сверхдержав позволяет региону уверенно вести торг на два фронта.
Параллельно Центральная Азия методично укрепляет свои позиции в институтах ООН: геополитическая борьба за ресурсы открывает для этого новые окна возможностей. Уже в январе Кыргызстан займет кресло непостоянного члена Совета Безопасности ООН, набрав на выборах 142 голоса. Таджикистан использовал нью-йоркские дебаты, чтобы объявить о выдвижении своей кандидатуры в Совбез на период 2028–2029 годов. Узбекистан нацелился на мандат в 2035–2036 годах и готовится возглавить Движение неприсоединения в следующем году, тогда как Туркменистан примет председательство в группе развивающихся стран, не имеющих выхода к морю.
Суть региональной дипломатии точно отразило выступление Узбекистана на ГА ООН. Позицию страны озвучила глава президентской администрации Саида Мирзиёева. Отвечая на негласный вопрос о том, какую сторону выбирает Ташкент, она заявила, что Узбекистан выбирает «человеческое достоинство», а не блоковое противостояние — риторика, вполне созвучная духу Бишкекской декларации с ее неприятием блоковой конфронтации. Показательная деталь: президент Мирзиёев сидел рядом с Си и Путиным в Бишкеке, а уже через месяц готовится принимать Рубио в Самарканде.
Знаменитая многовекторность Центральной Азии никуда не исчезла, но заметно мутировала. Сегодня регион солидарен с Москвой и Пекином на словах и в региональных форматах, прагматично сближается с Вашингтоном через закрытые двусторонние сделки, а на площадке ООН старается оставаться над схваткой. По мере обострения соперничества великих держав главными вопросами остаются два: как долго центральноазиатские столицы смогут удерживать эту растяжку и сколько дивидендов они успеют из нее извлечь.
Перевод Максима Крылова
Иллюстрация: «Евразия сегодня», Leonardo.ai
Всего за три недели до нью-йоркских встреч, в конце августа — начале сентября, Кыргызстан принимал юбилейный, 25-й саммит Шанхайской организации сотрудничества (ШОС). Четыре из пяти государств региона — Казахстан, Кыргызстан, Таджикистан и Узбекистан — входят в организацию, тогда как нейтральный Туркменистан регулярно участвует во встречах в качестве гостя. На Западе ШОС традиционно воспринимают как инструмент Москвы и Пекина для сдерживания влияния США в Евразии, и итоговая Бишкекская декларация дала Вашингтону немало поводов для недовольства: от жесткого осуждения ударов по Ирану до критики «односторонних принудительных мер».
В совокупности эти две дипломатические площадки обнажают четкое разделение ролей во внешней политике Центральной Азии. В рамках региональных форматов вроде ШОС столицы вторят антизападной риторике Москвы и Пекина, по двусторонним каналам наводят мосты с Белым домом через конкретные сделки, а с трибуны Генассамблеи ООН стараются не произносить ничего, что могло бы задеть хоть одного из трех гигантов.
Этот баланс заметен даже по уровню представительства. Саммит ШОС лично посетили президенты Касым-Жомарт Токаев, Эмомали Рахмон, Шавкат Мирзиёев и Садыр Жапаров, разделив площадку с Си Цзиньпином, Владимиром Путиным и Нарендрой Моди. Три недели спустя до Нью-Йорка добрался лишь Жапаров (сделав попутную остановку в американском штате Юта). Впрочем, если годом ранее на юбилейную 80-ю сессию Генассамблеи прибыли все пять лидеров региона, то в этот раз дебаты пропустили также Си Цзиньпин и Моди — китайский лидер в эти же дни находился с государственным визитом в Вашингтоне.
Однако скромное присутствие в Нью-Йорке отнюдь не означает крен исключительно в сторону восточных соседей. Так, Казахстан поддержал резолюцию Совета Безопасности 2803, принятую в конце 2025 года в поддержку мирного плана Трампа по Газе и учрежденного им «Совета мира» (где состоит сам Токаев), несмотря на то что Россия и Китай при голосовании воздержались. Астана, объявившая о присоединении к «Соглашениям Авраама», уже 24 сентября приняла участие в своей первой встрече в рамках этого формата в Нью-Йорке. Жапаров же, хоть и озвучил с трибуны ООН претензии ШОС по поводу западных санкций, отдельно поблагодарил Трампа за сокращение финансирования зарубежных НКО.
Подобные реверансы не требуют больших затрат, зато импонируют транзакционному стилю Белого дома, особенно когда за ними стоит коммерческий интерес. В середине октября этого года госсекретарь США Марко Рубио возглавит внушительную делегацию из более чем сотни американских компаний на министерской встрече формата «C5+1» в Самарканде — это его первая поездка в регион. В условиях жесткой глобальной гонки за критически важные минералы Центральная Азия располагает ресурсами, в которых Вашингтон остро нуждается.
Пекин, со своей стороны, отвечает объемами торговли, с которыми США конкурировать не могут. Си Цзиньпин совмеcтил участие в бишкекском саммите с госвизитом в Кыргызстан, пообещав создать центр ШОС по сотрудничеству в сфере искусственного интеллекта и профинансировать 100 совместных технологических проектов за три года. Китай уже закрепился в статусе ключевого торгового партнера региона с рекордным товарооборотом в 106 миллиардов долларов за прошлый год, а в Бишкеке вся «центральноазиатская четверка» подтвердила приверженность инициативе «Один пояс, один путь». Острое соперничество двух сверхдержав позволяет региону уверенно вести торг на два фронта.
Параллельно Центральная Азия методично укрепляет свои позиции в институтах ООН: геополитическая борьба за ресурсы открывает для этого новые окна возможностей. Уже в январе Кыргызстан займет кресло непостоянного члена Совета Безопасности ООН, набрав на выборах 142 голоса. Таджикистан использовал нью-йоркские дебаты, чтобы объявить о выдвижении своей кандидатуры в Совбез на период 2028–2029 годов. Узбекистан нацелился на мандат в 2035–2036 годах и готовится возглавить Движение неприсоединения в следующем году, тогда как Туркменистан примет председательство в группе развивающихся стран, не имеющих выхода к морю.
Суть региональной дипломатии точно отразило выступление Узбекистана на ГА ООН. Позицию страны озвучила глава президентской администрации Саида Мирзиёева. Отвечая на негласный вопрос о том, какую сторону выбирает Ташкент, она заявила, что Узбекистан выбирает «человеческое достоинство», а не блоковое противостояние — риторика, вполне созвучная духу Бишкекской декларации с ее неприятием блоковой конфронтации. Показательная деталь: президент Мирзиёев сидел рядом с Си и Путиным в Бишкеке, а уже через месяц готовится принимать Рубио в Самарканде.
Знаменитая многовекторность Центральной Азии никуда не исчезла, но заметно мутировала. Сегодня регион солидарен с Москвой и Пекином на словах и в региональных форматах, прагматично сближается с Вашингтоном через закрытые двусторонние сделки, а на площадке ООН старается оставаться над схваткой. По мере обострения соперничества великих держав главными вопросами остаются два: как долго центральноазиатские столицы смогут удерживать эту растяжку и сколько дивидендов они успеют из нее извлечь.
Перевод Максима Крылова
Иллюстрация: «Евразия сегодня», Leonardo.ai
Другие Актуальное
Практический идеалист
Фритьоф Нансен: «Доброта достигает большего, чем жестокость»
10.10.2026 22:23:34
Движение направо
Илья Арзуманов: «Растущий успех альтернативы»
07.10.2026 13:49:02