Между Небом и Водой
18.02.2026 18:00:00
Завершая серию публикаций, «Евразия сегодня» представляет эксклюзивные материалы из архива Рашида Алимова, которые не вошли в его книгу «Всё, чем я так дорожу». Эти «неопубликованные страницы» дополняют картину, сложившуюся по итогам десятилетней дипломатической миссии автора в Китае, и позволяют взглянуть на его опыт под новым углом.
Будучи Чрезвычайным и Полномочным Послом Таджикистана в КНР (2005-2015), Рашид Алимов, экс генеральный секретарь ШОС и профессор, фиксировал уникальные детали китайской жизни. В сегодняшних фрагментах – его заключительные размышления о стране, где прошлое и будущее находятся в постоянном диалоге.
Другие путевые заметки и наблюдения автора, в частности об ООН, доступны на сайте издания «За рубежом» (входит в «Евразийскую медиагруппу»).
Между Небом и Водой
Шэньчжэнь – один из молодых и красивейших мегаполисов Китая, который местные называют городом гигантского орла. И действительно, с высоты современных небоскрёбов кажется, что он парит над Южно-Китайским морем, расправив крылья из стекла, стали и света. Здесь всё стремится вверх – здания, дороги, замыслы, – но корни города по-прежнему уходят в море.
В очередной раз посетив город китайской мечты, я вышел на балкон гостиничного номера, врезанного в гранитную скалу. Балкон завис над морем. Казалось, ещё шаг – и ты в воде. Но между мной и морской гладью – высота десятиэтажного дома.
Днём это расстояние ощутимо: рыбак в лагуне кажется игрушечным, почти нереальным, словно тонкий мазок на старой китайской гравюре. Ночью мера исчезает. Пространство утрачивает границы, и человек остаётся один – между тем, что внизу, и тем, что вверху.
Где-то рядом в такт морскому дыханию звучит музыка. Блюз. Музыка другой культуры, другой истории, но здесь она удивительно уместна. Она не требует внимания и не спорит с тишиной – лишь поддерживает её, как внутренний ритм. В даосском понимании – она не вмешивается в ход вещей и потому не нарушает дао.
Гора напротив медленно движется. Только спустя мгновение понимаешь: это огромное судно, до предела нагруженное контейнерами. Порт Шэньчжэня не спит – даже ночью мир продолжает своё движение. Потоки товаров, судеб и решений не останавливаются ни на минуту, напоминая: устойчивость – не в неподвижности, а в согласованности.
Освещённая фонарями дорога серпантином обвивает гору, словно спящий дракон, вытянувший тело в глубь бухты. В китайской традиции дракон – не символ силы ради силы, а хранитель равновесия между Небом, Землёй и Водой. Иногда по дороге проносится автомобиль. Его не слышно: шум волн поглощает звук. Лишь изредка доносится короткое тявканье собаки – негромкое, почти вежливое.
Китайцы любят редких собак – так же, как редкие слова и сдержанные жесты. Одна из них, похожая на маленькую лисицу, днём купалась в море вместе с хозяйкой, словно напоминая: вода принимает всех – и сильных, и слабых, не задавая вопросов.
Поют сверчки. Их голоса звучат громче волн, потому что ночь позволяет услышать малое. В «Лунь юе» сказано: «Тот, кто управляет великим, не пренебрегает малым». Здесь умеют не нарушать порядок: Небо остаётся Небом, Вода – Водой, а человеку достаточно быть между ними, не присваивая себе ни одну из стихий.
Моря ночью не видно. Оно проявляется лишь там, где его касается луч берегового прожектора. В остальном – тьма. И если позволить воображению, вместо моря можно представить горную долину.
Так бывает в Таджикистане – стране высоких гор, где рождаются облака. Ночью выходишь к краю ущелья – и мир словно замирает. Под ногами – безмолвие, над головой – звёзды, крупные и близкие, будто их можно коснуться рукой. Там особенно ясно понимаешь: высота не делает человека больше, она лишь обязывает к осторожности.
Звёзды здесь, над морем, такие же. Их много. Они теснят друг друга, словно Небо не хочет быть пустым. Если бы сейчас выйти в море, можно было бы увидеть их отражение. Тогда Вода стала бы Небом, а Небо – Водой. В «Книге Перемен» говорится: когда верх и низ меняются местами, наступает время испытания для человека, наделённого ответственностью.
Даосы учили: когда мир переворачивается, важно не сопротивляться, а сохранить равновесие. Не ускорять падение и не удерживать то, что должно измениться. Мудрый правитель, говорили они, подобен воде: он не навязывает форму, но направляет течение; не возвышается над стихиями, но согласует их.
Так бывает и в жизни – личной и общей. В такие мгновения важно удержаться – не за землю и не за воду, а за внутреннюю точку покоя. За то, что не подвержено приливам и отливам. Иногда этой точкой становится звезда – не та, что ослепляет, а та, что помогает не сбиться с пути.
Для этого должны совпасть три вещи: ночь, море и человек.
Человек – между Небом и Водой. И, возможно, именно этого достаточно, чтобы мир оставался целым.
Иллюстрация: «Евразия сегодня», darmau
Будучи Чрезвычайным и Полномочным Послом Таджикистана в КНР (2005-2015), Рашид Алимов, экс генеральный секретарь ШОС и профессор, фиксировал уникальные детали китайской жизни. В сегодняшних фрагментах – его заключительные размышления о стране, где прошлое и будущее находятся в постоянном диалоге.
Другие путевые заметки и наблюдения автора, в частности об ООН, доступны на сайте издания «За рубежом» (входит в «Евразийскую медиагруппу»).
Между Небом и Водой
Шэньчжэнь – один из молодых и красивейших мегаполисов Китая, который местные называют городом гигантского орла. И действительно, с высоты современных небоскрёбов кажется, что он парит над Южно-Китайским морем, расправив крылья из стекла, стали и света. Здесь всё стремится вверх – здания, дороги, замыслы, – но корни города по-прежнему уходят в море.
В очередной раз посетив город китайской мечты, я вышел на балкон гостиничного номера, врезанного в гранитную скалу. Балкон завис над морем. Казалось, ещё шаг – и ты в воде. Но между мной и морской гладью – высота десятиэтажного дома.
Днём это расстояние ощутимо: рыбак в лагуне кажется игрушечным, почти нереальным, словно тонкий мазок на старой китайской гравюре. Ночью мера исчезает. Пространство утрачивает границы, и человек остаётся один – между тем, что внизу, и тем, что вверху.
Где-то рядом в такт морскому дыханию звучит музыка. Блюз. Музыка другой культуры, другой истории, но здесь она удивительно уместна. Она не требует внимания и не спорит с тишиной – лишь поддерживает её, как внутренний ритм. В даосском понимании – она не вмешивается в ход вещей и потому не нарушает дао.
Гора напротив медленно движется. Только спустя мгновение понимаешь: это огромное судно, до предела нагруженное контейнерами. Порт Шэньчжэня не спит – даже ночью мир продолжает своё движение. Потоки товаров, судеб и решений не останавливаются ни на минуту, напоминая: устойчивость – не в неподвижности, а в согласованности.
Освещённая фонарями дорога серпантином обвивает гору, словно спящий дракон, вытянувший тело в глубь бухты. В китайской традиции дракон – не символ силы ради силы, а хранитель равновесия между Небом, Землёй и Водой. Иногда по дороге проносится автомобиль. Его не слышно: шум волн поглощает звук. Лишь изредка доносится короткое тявканье собаки – негромкое, почти вежливое.
Китайцы любят редких собак – так же, как редкие слова и сдержанные жесты. Одна из них, похожая на маленькую лисицу, днём купалась в море вместе с хозяйкой, словно напоминая: вода принимает всех – и сильных, и слабых, не задавая вопросов.
Поют сверчки. Их голоса звучат громче волн, потому что ночь позволяет услышать малое. В «Лунь юе» сказано: «Тот, кто управляет великим, не пренебрегает малым». Здесь умеют не нарушать порядок: Небо остаётся Небом, Вода – Водой, а человеку достаточно быть между ними, не присваивая себе ни одну из стихий.
Моря ночью не видно. Оно проявляется лишь там, где его касается луч берегового прожектора. В остальном – тьма. И если позволить воображению, вместо моря можно представить горную долину.
Так бывает в Таджикистане – стране высоких гор, где рождаются облака. Ночью выходишь к краю ущелья – и мир словно замирает. Под ногами – безмолвие, над головой – звёзды, крупные и близкие, будто их можно коснуться рукой. Там особенно ясно понимаешь: высота не делает человека больше, она лишь обязывает к осторожности.
Звёзды здесь, над морем, такие же. Их много. Они теснят друг друга, словно Небо не хочет быть пустым. Если бы сейчас выйти в море, можно было бы увидеть их отражение. Тогда Вода стала бы Небом, а Небо – Водой. В «Книге Перемен» говорится: когда верх и низ меняются местами, наступает время испытания для человека, наделённого ответственностью.
Даосы учили: когда мир переворачивается, важно не сопротивляться, а сохранить равновесие. Не ускорять падение и не удерживать то, что должно измениться. Мудрый правитель, говорили они, подобен воде: он не навязывает форму, но направляет течение; не возвышается над стихиями, но согласует их.
Так бывает и в жизни – личной и общей. В такие мгновения важно удержаться – не за землю и не за воду, а за внутреннюю точку покоя. За то, что не подвержено приливам и отливам. Иногда этой точкой становится звезда – не та, что ослепляет, а та, что помогает не сбиться с пути.
Для этого должны совпасть три вещи: ночь, море и человек.
Человек – между Небом и Водой. И, возможно, именно этого достаточно, чтобы мир оставался целым.
Иллюстрация: «Евразия сегодня», darmau
Другие Актуальное
Криптоход Пакистана: новая зависимость или окно возможностей
Кристиан Каталиани: «Внедрение открытых и неразрешительных блокчейн-сетей дает Пакистану
уникальный шанс совершить технологический скачок, миновав устаревшие системы, и
догнать мировой финтех»
06.03.2026 20:25:05
От Диоскурии до Сухума, от крепости до морских ворот
Индира Барциц: «Торгово-экономические связи с внешним миром формировались здесь ещё в древности – более 2500 лет назад»
06.03.2026 11:57:27
Гражданин № 1
Леопольд Вайс: «Я открыл для себя другой ислам, не тот, о котором мне рассказывали в Европе, а тот, что практиковали сами мусульмане»
05.03.2026 21:36:24