Корейская Народно-Демократическая Республика

2025 год — 80-й год освобождения Кореи от японского колониального ига. В то же время 80 лет назад начался процесс раскола гомогенной нации, который привел к образованию двух отличных друг от друга этносов, имеющих общий алфавит, общее прошлое. При этом у них установились враждебные отношения. Почти 80 лет противостояния, в том числе начавшаяся 75 лет назад кровавая война, которая не только разрушила экономику, практически сформировали враждебный друг другу культурный и нравственный код. Это означает конец существованию единой нации, что делает невозможным мирное объединение двух Корей. А попытка насильственно это сделать может привести к последствиям, которые будут угрожать самому их существованию. В этом смысле можно констатировать, что Корейская Народно-Демократическая Республика и Республика Корея прошли точку невозврата в деле объединения. Об этом пишет кандидат философских наук, ведущий научный сотрудник Центра корейских исследований Института Китая и современной Азии РАН Ким Ен Ун для журнала «Корееведение».

---

Причины такого исхода событий в истории этих частей единого в прошлом народа большинство исследователей, особенно корейских, а также западных и отчасти советских, российских видит в действиях внешних сил. При этом, понятно, одни обвиняют исключительно политику СССР и России, другие — США и их союзников.

Немалое влияние внешних сил, действительно, нельзя игнорировать. И это, прежде всего, связано с тем, что, в отличие от подавляющего большинства многих афро-азиатских бывших колоний, Корея освободилась от японского колониального ига благодаря тому, что внешние силы нанесли сокрушительное поражение японской империи, лишили ее всех колоний и незаконно захваченных территорий. Причина такого развития истории Кореи связана не с неспособностью самого корейского народа достичь своей независимости или потерей воли к сопротивлению. Многие корейцы использовали различные формы борьбы с японской империей, в том числе и мирные, подпольные, просветительские, вооруженные. Но то, что корейскому народу не удалось самостоятельно добиться независимости, связано с несколькими объективными и субъективными причинами.

В ряду объективных причин нужно отметить исключительную жесткость и в то же время искусность колониальной политики Японии, которая методично уничтожала патриотов, путем умелого использования методов пропаганды оболванивала значительную часть населения, лишая ее способности к активному сопротивлению колониальной политике, а также подкупала всевозможными посулами наиболее активную часть корейского общества. Например, им удалось склонить на свою сторону некоторых деятелей национально-освободительного движения, в том числе подписавших знаменитую Декларацию независимости 1 марта 1919 г., а также Декларацию независимости 8 февраля 1919 г. Нужно также помнить, что в вооруженных силах Японии в 1945 г. служили 364 186 корейцев, кто-то добровольно, кто-то по мобилизации. При этом официально в 1993 г. правительство Японии сообщило Южной Корее, что всего в армию Японии было призвано 240 тыс. корейцев, т.е. на 120 тыс. человек меньше.

О жестокости и коварности японских властей того времени ярко свидетельствуют их действия на территории Северного Сахалина, где они хозяйничали до 1925 г., а также деяния японских интервентов в Советской России с 1918 по 1922 гг., массовые убийства китайского населения и преступные фабрики по уничтожению людей, созданные Отрядом 731 Квантунской армии, убийство так называемыми отрядами самообороны более 6 тыс. корейцев, обвиненных в землетрясении в Канто 1 сентября 1923 г. и его последствиях, одна только Нанкинская резня 1937 г., погубившая более 300 тыс. мирных жителей всех возрастов, насильственная мобилизация в солдатские бордели молодых китаянок, индонезиек, вьетнамок, более 200 тыс. только кореянок в возрасте от 12 до 34 лет. Не случайно захваченные японцами территории, будь то Тайвань, Индокитай в целом, Филиппины, Индонезия и даже великий Китай, не могли своими силами освободиться от японских интервентов. Да, мужественная борьба китайцев, особенно партизан в Маньчжурии, вооруженных отрядов Компартии Китая серьезным образом ослабила силы Японии, но она была изгнана или вынуждена уйти с захваченных земель лишь под ударами антинацистских и антимилитаристских союзных сил. Кстати, если из Кореи японские войска после капитуляции были выгнаны достаточно оперативно, то в Китае, по крайней мере в центральных и южных регионах страны, которые находились под контролем гоминдановского правительства, некоторые части японской армии находились еще до лета 1946 г.

Поскольку официально по японо-корейскому договору об объединении 1910 г. Корея была признана генерал-губернаторством Японии, капитуляцию японских войск на территории полуострова было решено, по предложению США, принять севернее 38-й параллели советским войскам, а южнее — американским. Физически воевали на земле Кореи с японскими войсками только советские войска. К тому же, по предложению США, а также по условиям Устава ООН, Корея должна была прийти к полной независимости через определенный промежуток времени с целью лучшей подготовки кадров для управления государством.


Как решался вопрос о привлечении местных кадров в советской и американской зонах? В каждой из них это были люди, которые, по мнению соответствующих лиц, могли решать задачи по организации хозяйственной и культурной деятельности. В советской зоне, поскольку в соответствии с Директивой ставки Верховного главнокомандующего Красной Армии Главнокомандующему советскими войсками на Дальнем Востоке, военным советам Приморского военного округа и 25-й армии о взаимоотношении войск с местными органами власти и населением Северной Кореи от 20 сентября 1945 г. стояли задачи буржуазно-демократических преобразований, привлекались демократические деятели и полностью отстранялись те, кто сотрудничал с японскими властями в период японского господства. Поэтому, например, председателем Народного комитета провинции Южный Пхеньян, а затем и народного Комитета пяти провинций северной части Кореи был назначен буржуазный деятель Чо Ман Сик. Приветствовалось участие в делах народных комитетов людей, которые боролись против японских властей в партизанских отрядах или вели подпольную деятельность. Приветствовалось также создание партий и различных общественных организаций. Неслучайно поэтому большинство тех, кто принимал активное участие в постколониальном становлении управления, экономики, были бывшими партизанами или вели подпольную деятельность в колониальный период. Поэтому, например, высшее руководство Корейской народной армии составили бывшие участники антияпонской вооруженной борьбы.

В зоне американского контроля ситуация была другая. Там нужны были люди, готовые служить, но не думать о благе народа. Конечно, говорить о благе народа положено по должности, но американцам нужны были люди, которые будут, прежде всего, думать о том, как лучше служить новым хозяевам в стране, чтобы самим жить лучше, а не работать для народа. И оказалось, что для этих целей лучше всего подходят те, кто служил японским властям. Поэтому первым и вторым начальниками генерального штаба вооруженных сил Республики Корея были люди, которые были офицерами Квантунской армии, причем один из них был командиром батальона, специально созданного командованием Квантунской армии для борьбы с корейскими партизанскими отрядами в Маньчжурии.

Среди субъективных причин, не позволивших корейцам самим добиться освобождения от японского колониального правления, также нужно назвать отсутствие единого фронта национально-освободительных сил. Одни полагались только на мирные, просветительские методы сохранения культуры и обычаев своего народа. Другие вели вооруженную борьбу против японских властей как в партизанских отрядах, так и в войсковых частях Компартии Китая, правда, их было меньше, чем служивших в японской армии.

Почему в советской зоне оказалось больше людей, активно боровшихся за национальное освобождение? Есть исторические корни этого явления. Дело в том, что северная часть Корейского полуострова — это территория одного из бывших древнекорейских государств, которое называлось Когурё. Легенды и мифы Кореи и исторические хроники Китая говорят о существовавшей до возникновения трех государств страны под названием Чосон (1392—1897). Ей отводят время первого, а некоторые — и двух тысячелетий до нашей эры. Это, скорее всего, были племенные образования, находившиеся в процессе формирования государственности. Это был север Корейского полуострова, а также обширные районы Северо-Восточного Китая, близкие к Корейскому полуострову. Тогда только происходило формирование народа из разных племен, между которыми шли войны за территорию для пашни, охоты, скотоводства. Племена, заселявшие северо-запад Корейского полуострова, подвергались военным столкновениям с племенами соседних территорий. По меньшей мере, начиная с IV в. до н. э. населению этой территории приходилось на протяжении многих веков подряд давать отпор нападавшим иноземцам, относящимся к другой культуре, образу жизни, да и языку.

Можно перечислять китайские княжества и династии, с которыми приходилось воевать Чосону: это династия Чжоу, княжество Янь, династия Цинь, династия Хань. После гибели Чосона в 108 г. под натиском войск династии Хань наступает пора некоторого разброда, возникает государство Пуё, а затем — государство Когурё, которому приходится иметь дело с гуннами, маньчжурами, мохэсцами, но главным образом — с династиями Вэй, Восточная Цзинь, северными династиями, династией Суй, Тан, с пятью династиями. Затем возникает государство Корё, которое было вынуждено воевать с киданями, чжурчжэнями, с войсками династии Северная Сун, династии Юань и династии Мин. При этом нужно отметить, что после падения государства Когурё в 668 г. под ударами войск государства Силла часть его населения стала жить в государстве Балхэ (Пархэ, 698—926 гг.), которое занимало большую часть территории бывшей Когурё. И как раз из числа потомков воинов-когурёсцев в 918 г. Ван Гон создает новое государство, назвав его Корё с отсылкой к государству Когурё (918—1392), и он же через 17 лет, в 935 г., покоряет Объединенную Силлу и создает государство, которое впервые заняло весь Корейский полуостров и даже часть нынешней территории Северо-Востока Китая и часть территории нынешнего Приморского края России. С того времени весь Корейский полуостров становится родиной всех корейцев.


Два государства, находившиеся на юге полуострова — Силла и Пэкче, — в основном воевали между собой, редко когда им приходилось отбиваться от чужеземных войск. В Объединенном Силла были выдающиеся полководцы, как, например, потомок короля государства Кая Ким Ю Син. Тем не менее, история юга полуострова имеет значимые поступки королей, которые не стали биться до конца, чтобы отстоять свою независимость, и решались покориться более сильному государству. Первый случай произошел в V в. с государством Кая, чей король решил покориться государству Силла в обмен на сохранение статуса родовой знати королевства, а сам занялся созданием щипкового музыкального инструмента, известного как каягым. В X в. король Объединенного Силла Кенсун также решил покориться набравшему силу государству Корё. За это ему сохранили управление бывшей вотчиной, а также все полагавшиеся почести. Король Корё Ван Гон женился на дочери короля Кенсуна. Родившийся от этого брака сын Ван Гона, внук короля Кенсуна, впоследствии стал королем Корё. Иными словами, для знати Юга исторически удобнее не жертвовать собой для сохранения своего государства, а пойти на компромисс, чтобы сохранить жизнь и благополучие.

Культура всех народов содержит бесчисленные примеры самопожертвования. Но и примеров жестокостей, предательства и равнодушия к чужой беде тоже достаточно. Такова человеческая природа. Но это относится к индивидууму. А вот что касается властной элиты, точнее властного актива или, если угодно, представителей правящего класса, правящего сословия как социальной группы, то здесь у разных народов есть различия, хотя и наблюдаются все оттенки вышеперечисленных людских характеристик, тем не менее какие-то черты более активно или сильнее проявляются в определенных группах, а то и в большей части населения, составляя нравственный код доминирующих групп населения. Вопрос, в конечном счете, о моральной готовности или неготовности политической элиты взять на себя бремя ответственности и платить своими жизнями за сохранение суверенитета народа и государства.

Такие особенности истории Кореи привели к очень интересному феномену. История борьбы за национальное освобождение при японском колониальном правлении выглядит показательно. Знаменитая Декларация независимости Кореи от 1 марта 1919 г. считается выразителем борьбы народа за освобождение. Но если прочитать весь текст документа, то в нем есть обращение к японским властям и мировой общественности с просьбой предоставить независимость Корее — стране, имеющей богатую историю культуры и духовности, стране хороших людей. Однако там нет призыва бороться за независимость. Неслучайно 33 участника, подписавшие декларацию, отнесли этот документ в полицейский участок, и неслучайно один из идеологов этого документа впоследствии стал организатором и лидером движения в поддержку Японии в годы Второй мировой войны. И хотя история дала много примеров самоотверженной борьбы жителей Южной Кореи за независимость, но в массе своей это были в основном мирные средства, которые, конечно, не могли привести народ к освобождению.

С другой стороны, самые активные участники вооруженной борьбы за освобождение Кореи — уроженцы северной части страны. Признанные легендарные партизанские командиры Хон Бом До, Ким Чак, Цой Хен, организатор отрядов Ыбен в начале ХХ в. Петр Семенович Цой, национальный герой Ан Чжун Гын, большая часть корейских партизан, во время гражданской войны воевавших против японских интервентов и белогвардейцев в России, более 70 % которых не имели русского подданства, первая кореянка-коммунистка А.П. Ким — это все уроженцы северной территории Корейского полуострова. К ним же относится и основатель КНДР Ким Ир Сен — сын революционера, антияпонского борца. Он еще в школьные годы создал антиимпериалистический союз, потом антияпонский партизанский отряд, японское партизанское соединение, воевал с японскими колонизаторами и карателями в Маньчжурии и частично в Корее. Потом со своим отрядом перешел на территорию Советского Союза, был принят в ряды Советской армии 17 июля 1942 г., а уже 21 июля — в состав вновь сформированной из китайцев, корейцев, эвенков и нивхов 88-й Особой стрелковой бригады, выполнявшей особые разведывательно-диверсионные задания советского командования, обеспечивая ценные точные сведения о вражеских укреплениях, дислокации японских частей в будущей зоне наступления двух Дальневосточных фронтов. Бригада состояла из четырех батальонов, тремя батальонами командовали корейцы, командиром 1-го батальона был назначен 30-летний капитан Ким Ир Сен. Судя по тому, что в наградном листе указано его членство в Коммунистической партии Китая, он не был гражданином СССР. Воевал умело и храбро, за что был награжден Орденом Красного Знамени приказом командования 2-го Дальневосточного фронта Красной Армии. Этим орденом младшие офицеры награждались исключительно за мужество, проявленное при непосредственном участии в боевых операциях. Из командного состава этой бригады был составлен позднее высший командный состав Корейской народной армии, в частности в него вошел первый начальник Генерального штаба КНА Ким Чак, который был командиром второго батальона бригады.

Ким Ир Сен в качестве руководителя КНДР взял курс на постепенное общедемократическое преобразование корейского общества. Вместе с тем, изучая опыт других стран, выбравших путь народно-демократических и социалистических преобразований, выдвинул идею разнообразия методов социалистического строительства, что отразилось в провозглашенной им идее чухче, учитывающей особенности культуры, ментальности и истории корейского общества. Само слово «чухче» тогда и сейчас понимается как субъект, т.е. страна должна быть субъектом, а не объектом политики и инструментом других государств и должна исходить из национальных интересов. Опора на собственные силы не означала изоляции страны, она предполагала, что никто не построит социализм народу, если он сам не хочет и не может его строить. В то же время он считал, что нужно использовать все самое ценное, что выработано другими народами в процессе своего развития. Ким Ир Сен завещал своему народу и партии всегда помнить и никогда не предавать память о Советской армии, освободившей корейский народ от японского колониального ига, и китайских народных добровольцах, помогавших отстоять независимость КНДР в ходе Корейской войны 1950—1953 гг. Поэтому ни в официальных документах КНДР, ни в ее действиях в международных организациях и форумах никогда не было выступления против предложений России и КНР. Это нужно ценить и понимать, что КНДР никогда не предаст Россию.


Особо необходимо обратить внимание на посещение Ким Чен Ыном посольства Российской Федерации в Пхеньяне 9 мая 2025 г. Во-первых, само посещение главой государства иностранного посольства является событием исключительным. Не припоминается ни одного случая посещения лидерами СССР и России иностранного посольства в Москве. Во-вторых, его сопровождали четыре члена Политбюро ТПК, а также его дочь. В-третьих, он возложил венок к символическому Вечному огню, помещенному в здании посольства России в Пхеньяне, по аналогии с Вечным огнем на Могиле Неизвестного Солдата в Александровском саду возле Кремля. В-четвертых, произнесенная речь. Из нее хотелось бы выделить следующие слова: «Если бы великая Россия, не взирая на жертвы в десятки миллионов человек, не разгромила фашистскую Германию — жесточайшую империю зла, то не было бы ни сегодняшней современной цивилизации, ни нашей красивой жизни. Тем более, если бы не было 9 мая — Дня Победы России в войне, то не было бы и 15 августа — дня освобождения Кореи и Востока, а корейский народ проходил бы более суровым и трудным историческим путем». И далее: «Если прислужники США и Запада с дешевым бракованным оружием не откажутся от своих опасных мыслей о военном нападении на наше братское государство — РФ и опять совершат атаку, то я с удовольствием, в соответствии со статьями и духом корейско-российского договора, без колебаний отдам приказ о применении вооруженных сил КНДР в целях отражения вооруженного нападения врагов. Я считаю, что это является нашим священным долгом как брата и боевого соратника».

Отмечая боевые действия воинов Корейской народной армии, принимавших участие в изгнании вторгшихся в Курскую область частей украинской армии и наемников, президент России В. Путин счел необходимым, подводя итоги празднования Великой Победы, отметить: «Рад был лично поблагодарить военачальников Корейской народной армии, передать самые теплые слова солдатам и командирам подразделений спецназа Корейской Народно-Демократической Республики, которые вместе с нашими бойцами профессионально, хочу это подчеркнуть, добросовестно выполняли задачи при освобождении пограничных районов Курской области от формирований киевского режима. Подчеркну: проявили мужество и героизм, действовали — еще раз это хочу сказать — в высшей степени профессионально, показали хорошую выучку и подготовку».

В заключение вполне оправданно будет отметить, что за 80 лет после освобождения две части корейского народа очень сильно, практически безвозвратно, разошлись в культуре, менталитете. А в выборе друзей и союзников одна часть стала союзником России, причем не временным, ситуативным, а истинным, по нравственному выбору, на многие десятилетия наперед, если только сама Россия не отвернется от них. А другая часть из-за поведения лидеров, в силу различных причин стала недружественной для России, предпочитая крепить союз с ее недругами, хотя народ в массе своей к нашей стране относится хорошо. Из этого следует и необходимость некоторой коррекции внешней политики России по делам Корейского полуострова.

---

Иллюстрация: «Евразия сегодня», Leonardo.ai