Исламская Республика Пакистан

Поспешный переход Пакистана от запрета криптовалют к их массовому внедрению порождает скептицизм. Об этом пишет Кунвар Хулдуне Шахид в своей статье для журнала The Diplomat.

---

Премьер-министр Пакистана Шахбаз Шариф 19 февраля назвал президента США Дональда Трампа «человеком мира» и «спасителем Южной Азии» на инаугурационном заседании Совета по вопросам мира. По итогам заседания совета, который был создан Трампом для наблюдения за международными усилиями по стабилизации в Газе в соответствии с резолюцией Совета Безопасности ООН, ожидается, что Пакистан объявит об участии своих войск в миротворческой миссии. Помимо Газы, Пакистан также может сыграть важную роль в дипломатии с Ираном, по которому Трамп рассматривает возможность нанесения военных ударов.

Эти события последовали за месяцами «ухаживаний» пакистанского гражданско-военного руководства за Трампом, что привело к сближению страны с Соединенными Штатами. Этот дипломатический подход оказывает все более ощутимое влияние на формирование политики в Исламабаде – и одной из сфер, где Пакистан делает предложение Трампу, являются криптовалюты.

В прошлом месяце Пакистан подписал соглашение с фирмой, связанной с World Liberty Financial (WLF), криптовалютным бизнесом, запущенным в сентябре 2024 года семьей президента США Дональда Трампа [децентрализованная финансовая экосистема, главная цель которой — сбор средств для политических и благотворительных проектов через блокчейн – прим. ред.]. Начальник штаба армии Пакистана фельдмаршал Асим Мунир стоял рядом с соучредителем WLF Закари Виткоффом во время подписания меморандума о взаимопонимании в Исламабаде 14 января.

Мунир, который стал первым, кто занял недавно созданную должность начальника штаба обороны Пакистана в прошлом году, воспользовался вотумом доверия со стороны Трампа для жестокого подавления инакомыслия внутри государства.

Стремительное открытие пакистанским руководством страны для глобальных игроков крипторынка придало цифровой оттенок многолетней политике военного истеблишмента, позволяющей использовать свои активы в геополитических интересах того, кто больше заплатит.

Как это часто бывает, ожидается, что вознаграждение Пакистана за его услуги повестке Трампа, от криптовалют до Газы, будет иметь существенную финансовую составляющую. Соединенные Штаты неоднократно содействовали заключению спасительных соглашений Пакистана с Международным валютным фондом (МВФ) в обмен на военные сделки и договоренности. В прошлом году администрация Трампа освободила Пакистан от сокращения помощи в области безопасности на сумму 397 млн долларов.

Таков контекст криптохода Пакистана.

В прошлом году Пакистан внезапно отказался от давнего запрета на криптовалюты и сформировал Пакистанский совет по криптовалютам для развития технологии блокчейн и цифровых активов. Исламабад также представил своего крипторегулятора – Управление по регулированию виртуальных активов Пакистана (PVARA). 20 февраля новый орган официально запустил свою тестовую среду для криптовалют в соответствии с планами Министерства финансов по созданию экосистемы цифровых активов внутри страны и ее интеграции с мировым крипторынком. В декабре 2025 года правительство также дало предварительное разрешение Binance и HTX на взаимодействие Пакистана с международными инвесторами.

Однако поспешный переход от запрета к массовому внедрению, естественно, порождает скептицизм.

«В движении в сторону криптовалюты не было никакой прозрачности. Не было обсуждений, ясности, не привлекали заинтересованные стороны, особенно в отношении связанных рисков – только внезапное правительственное объявление о сделке [с World Liberty Financial]», – заявил The Diplomat бывший министр финансов Пакистана Салман Шах.

Шах считает, что дерегулированная цифровая валюта будет не эффективна в сильно централизованной экономике. «Во-первых, необходимо дерегулировать экономику и уменьшить чрезмерное влияние правительства, чьи собственные размеры и расходы нужно значительно сократить, – утверждает он. – Во-вторых, необходима кардинальная реформа налоговой политики. Только когда основы будут пересмотрены, мы сможем должным образом оцифровать экономику».

Наблюдатели регулярно критиковали пакистанское государство за игнорирование более очевидных экономических приоритетов и постоянное откладывание крайне необходимых фискальных реформ, что удерживает страну в порочном круге кредитов МВФ.

Военные, которые остаются одним из главных источников коррупции и ключевым фактором несбалансированной экономики в Пакистане, продолжают удерживать авторитарный контроль над страной. Это вызывает вопросы о нейтральности и устойчивости любых финансовых решений, не говоря уже о решении, основанном на самой идее дерегулирования.

Правительство, однако, утверждает, что запланированный «капитальный ремонт» цифровых финансов имеет решающее значение для реформирования экономики Пакистана и устранения этих структурных недостатков. По мнению чиновников, внедрение криптовалют повысит прозрачность, увеличит финансовую инклюзивность, привлечет иностранные инвестиции и усилит фискальный рост.

Сторонники подчеркивают полезность цифровых валют как параллельного инвестиционного инструмента, который может противостоять волатильности национальной валюты. Стейблкоины рассматриваются как особенно эффективные для установления связи с глобальной цифровой экономикой, одновременно защищая стоимость финансового капитала. Технология блокчейн может оптимизировать денежные переводы, которые составляют около 10 % экономики Пакистана.

«Внедрение открытых и неразрешительных блокчейн-сетей дает Пакистану уникальный шанс совершить технологический скачок, миновав устаревшие системы, и догнать мировой финтех», – сказал Кристиан Каталиани, основатель Лаборатории криптоэкономики Массачусетского технологического института. При правильной реализации основным эффектом дерегулированной сети является создание более дешевой финансовой инфраструктуры для граждан и бизнеса. Это не только повышает внутреннюю эффективность, но и обеспечивает совместимость с глобальными рынками, наилучшим примером чего является внедрение стейблкоинов в международные денежные переводы.

«Чтобы максимально использовать этот потенциал, внедрение должно быть продуманным: приоритет необходимо отдавать сетям с проверенной историей децентрализации и нейтралитета», – добавил Каталиани.

Несмотря на предыдущий запрет, Пакистан в настоящее время занимает третье место в Глобальном индексе внедрения криптовалют. На данный момент пакистанцы покупают криптовалюту на пиринговых (P2P) рынках [это децентрализованные системы, позволяющие пользователям взаимодействовать напрямую, минуя посредников: совершать прямые сделки без участия третьей стороны – биржи или банка – прим. ред.], но хранят свои виртуальные валюты в цифровых кошельках за рубежом. Именно этот рынок, оцениваемый в 30 млрд долларов, с потенциалом роста в ближайшие годы, согласно прогнозам, до 300 млрд долларов, на который нацелились глобальные криптофирмы, – предлагает пакистанское государство.

«Реальная ценность [для Пакистана] заключается в базовой инфраструктуре: эффективном перемещении денег – как внутри страны, так и через границы – и сберегательных технологиях, позволяющих людям защищать и использовать свое богатство. В центре внимания должны быть „криптовалюты как рельсы для финансов“, а не „криптовалюты как казино“», – заявил Каталиани The Diplomat.

Первым шагом для Пакистана должно стать создание нормативно-правовой базы, способной отделить добросовестных игроков от недобросовестных. «Прекрасные шаблоны уже существуют в США, ЕС, Сингапуре и Швейцарии, которые можно адаптировать», – сказал Каталиани, добавив, что внедрение должно начинаться с решения реальных проблем потребителей и бизнеса, не привязывая страну к какому-либо конкретному провайдеру, стейблкоину или блокчейн-сети. «Огромное преимущество криптовалют заключается в их способности разрушать „сады за стенами“ традиционных финансов – реализация должна гарантировать, что эти стены не будут просто перестроены с помощью новых технологий», – заявил Каталиани.

Очевидный страх заключается в том, что Пакистан вряд ли разрушит эти стены и продолжит использовать искаженную риторику в отношении «хороших» и «плохих» игроков.

Существует еще более фундаментальная проблема: Пакистану в настоящее время не хватает базовой инфраструктуры для интеграции криптовалют. Исламабад объявил о выделении 2000 МВт электроэнергии для майнинга биткоинов и центров обработки данных ИИ, в то время как страна с трудом обеспечивает базовое электроснабжение. У Пакистана уже есть дефицит энергии почти в 4000 МВт.

Даже МВФ, на программы кредитования которого Исламабад неоднократно полагался, чтобы избежать банкротства, поставил под сомнение поспешные планы страны по внедрению криптовалют. Так зачем же этот крипто-толчок?

Примечательно, что Пакистан также стремится к крипто-сделкам с ближневосточными фирмами, включая компании из Саудовской Аравии, которая продолжает ожидать от Пакистана добросовестного соблюдения своих интересов в регионе. У Пакистана есть традиция служить королевским семьям стран Персидского залива в ущерб своим собственным национальным интересам; теперь политика пакистанского правительства, по-видимому, напрямую приносит выгоду и первой семье Соединенных Штатов. WLF получает пятую по численности населения страну мира в качестве целевой аудитории для криптовалют на фоне опасений, что в этой сфере может доминировать спекуляция. При этом изучается возможность использования привязанного к доллару стейблкоина USD1 для трансграничных платежей.

 Шах раскритиковал то, что он считает креном Пакистана в сторону США в ущерб Китаю. «То же самое происходит с критически важными минералами, где мы, похоже, все больше обращаемся к Америке. Сами США ищут инвестиции в этих областях. Именно Китай обладает инвестициями и технологиями, которые могут помочь укрепить экономику Пакистана», – сказал он.

Внедрение криптовалют без необходимых проверок может привести к результату, прямо противоположному заявленной цели правительства, – предотвращению бегства капитала. Криптовалюта может стать самым удобным путем для отмывания денег, что в сочетании с трудностями Пакистана в борьбе с финансированием терроризма может нанести значительный ущерб как экономике страны, так и стремительно ухудшающейся безопасности.

«Всеобъемлющая нормативно-правовая база, соответствующая рекомендациям ФАТФ [Группы разработки финансовых мер борьбы с отмыванием денег] и законам Пакистана о ПОД [противодействии отмыванию денег] и ФТ [финансировании терроризма], может решить многие проблемы [против внедрения криптовалют], особенно связанные с незаконными финансовыми транзакциями», – отметил Басит Шафик, доцент Университета управления науками Лахора, специализирующийся на технологиях блокчейн.

Согласно руководящим принципам, выпущенным ФАТФ для поставщиков услуг виртуальных активов (VASP), все страны должны относиться к криптовалютам и другим цифровым активам на основе блокчейна так же, как к другим финансовым институтам, в рамках своих усилий по ПОД и ФТ. Это требует аналогичного лицензирования, регистрации и мониторинга VASP, наряду с ведением данных и обеспечением доступа к ним. Инструкции ФАТФ сосредоточены на отслеживаемости всех транзакций. «В таких рамках могут быть разработаны и внедрены соответствующие технологические решения и средства контроля для повышения прозрачности, мониторинга и правоприменения», – сказал Басит.

Учитывая трудности Пакистана в предотвращении финансирования терроризма традиционными средствами и продолжающееся покровительство военного истеблишмента определенным джихадистским группировкам, существуют естественные сомнения в том, что государство выберет технологию блокчейн для отхода от своей прежней политики. В связи с этим возникают серьёзные опасения, что эксперименты Пакистана в сфере цифровых финансов пойдут на пользу лишь иностранным державам и автократическим лидерам страны, преследующим свои краткосрочные интересы.

Какую бы роль Пакистан ни играл в Газе и Иране, она определяется могущественными семьями в Вашингтоне и Эр-Рияде, а не народом Пакистана, чья воля продолжает подавляться всесильной армией и ее политическими интригами. Способы оплаты, возможно, эволюционировали в соответствии с новыми финансовыми технологиями, но расплачиваться по-прежнему придется народу Пакистана. 

---

Перевод Марины Шкурлатовой 
Иллюстрация: «Евразия сегодня», Leonardo.ai